— Кстати, о всплесках и накопителях, — Наареш сунул руку в карман за пазухой, и под мой удивленный взгляд вытащил… золотое колечко!
Приоткрыв рот, я смотрела на него, не зная — то ли отказываться, то ли все-таки принять.
— А если кто-нибудь сможет по нему оценить мой потенциал?
— Если мы будем осторожны — не сможет. Вообще не узнает, что это накопитель.
Решившись, я протянула руку. В конце концов, других вариантов пока не было. В случае чего — сниму.
Наареш со странной улыбкой надел мне на безымянный палец свой артефакт, остро напомнив свадебные церемонии моего мира.
Ох, надеюсь, я не подписываюсь на что-то ужасное по незнанию! И не пожалею об этом.
Хотя… какой у меня выбор? Я вдруг с пугающей ясностью осознала: никакого. Мне нечего противопоставить им — ни Наарешу, ни Академии в целом. А они знают, где мои родители.
Волнение за странный мамин голос накатило с новой силой. Надо было увидеться с ней!
Может, стоит рассказать все ректору и просить его защиты?
— Не стоит, — отозвался серебряный.
Вздрогнув, я подняла голову, взглянула в его глаза. Наареш неожиданно обнял меня, прижимая к сильной груди.
— Все получится, моя хорошая.
Провел рукой по моим волосам. Едва слышно выдохнул. После будто через силу отпустил.
— Я часто… чувствую ваш взгляд. Вы… следите за мной? Или кто-то может его «насылать»?
— Взгляд? — заинтересовался Наареш. — А что еще вы чувствуете, ми Элиза? — дракон почти незаметно вернулся к привычному обращению, принятому между преподавателями и адептами.
— Иногда… не знаю, как описать. Будто сквозняк.
— Сквозняки в голове — это нехорошо, — снова едва ощутимая улыбка, снова совсем иной тон. — Время нашего занятия на исходе, давайте поставим сегодня хоть один блок. Прикроем дорожку сквознякам.
ГЛАВА 17
На выходе из-под купола Наареш поморщился: ливень усилился, небо покрыли непроглядные мохнатые тучи. Все погрузилось в темную пелену.
Решительно раскрыв свой огромный зонт, он сунул мой подмышку и подал мне локоть.
— Проведу вас до столовой.
Не предложил: констатировал.
Улыбнувшись, я с трудом заставила себя шагнуть наружу. Подсохшие было кроссовки и джинсы снова пропитались влагой.
Дракон легко, будто без особенного усилия удерживал зонт, хотя ветер так и норовил выдрать его из рук. Молчал — и я тоже молчала, переваривала услышанное."
"То и дело поглядывала на колечко.