"Провинциал. Книга 5
Глава 1
Фиаско
Найджел с замиранием сердца смотрел на приближающуюся к нему Елизавету. Он снова на миг ощутил ту внутреннюю неуверенность, что предопределяла его неминуемое поражение в предстоящей схватке.
— Отступать уже некуда, — подумал агент, — пусть я и не в лучшей форме сейчас, но у меня есть все шансы на успех, — он продолжал себя уговаривать, хотя в глубине души и понимал, что всё это как-то несерьёзно, — в конце концов, я мужик, или где?
И он, с некоторым облегчением ощутил, как внутри обеспокоенно заворочался его внутренний альфа-самец, благодаря которому он одержал бесчисленное количество побед над самыми разными женщинами в жарких и изнурительных постельных дуэлях.
— Мы победим! — Найджела омыла тёплая волна поддержки, исходящая от его внутреннего «я», от этого самого альфа-самца, много раз помогавшего ему сминать волю к сопротивлению даже у самых своенравных и гордых женщин и приводить их к полной покорности.
Так что, когда Елизавета подошла к нему, глаза его снова горели, и он, после недолгих мгновений слабости был опять уверен в себе и своём безоговорочном превосходстве.
— Я рада, что ты не забыл обо мне, — эти слова, произнесённые жарким шёпотом подошедшей к нему девушки, всколыхнули в нём волны противоречивых эмоций.
Тут была и радость от того, что она стремилась к нему, и страх того, что ему это приятно. Да вообще, там было много чего намешано.
— Разве возможно забыть о такой красавице? — Найджел галантно улыбнулся, и, следуя своему плану, слегка приобнял гибкую талию девушки, — а твоё приглашение в гости ещё в силе?
— А ты действительно хочешь ко мне в гости? — притворно удивилась красавица, и Найджелу показалось, что ещё одна часть фразы осталась непроизнесённой.
И почему-то подумалось ему, что звучать эти непроизнесённые слова должны были примерно так:
— Ну, смотри, я тебя силком не тащила, так что, ежели что, то сам и виноват… — и когда Найджел отвлёкся от этих своих странных мыслей, он почувствовал на себе мягкий, нежный, и чуть сочувственный взгляд Лизы.
Так матери смотрят на бестолковых малышей, так и норовящих вступить куда-нибудь, куда опытный и здравомыслящий человек вступать поостережётся.