Первыми мне попались какие-то двое, в дранье. У одного дубина, у второго боевой топор. Первым рубанула шашкой мужика с топором. Потом так же второго. Он только и успел, что поднять своё дубье. Кто-то из всадников перескочил дерево вслед за мной, кто-то обошёл дерево по лесу. Мы поспели как раз вовремя. Тати почти справились с немногочисленной охраной. Айно начал стрелять из лука на ходу, сидя на коне.
— Защищать Царевну! — раздался крик Ивана."
"На меня с ближайшей повозки прыгнул ещё один тать, но его срубил на лету Илья, появившийся рядом со мной.
— Ты зачем купец, жену то с детьми взял с собой? — Спросила его, когда более-менее разобрались кто есть кто. Молодая женщина лет 20–22, сидела, прижав детей к себе.
Купец поклонился мне в пояс.
— Благодарствую тебе, боярыня, за помощь.
— Не боярыня! — Тут же встрял Богдан, наезжая на мужчину конём. — Царевна она.
Купец открыл рот, потом бухнулся на колени. Как и остальные трое его людей.
— Прости матушка царевна. Не серчай на меня. По не знанию я.
— Встань. Нечего коленями дорогу топтать. У тебя кровь на голове. Перевязать то есть чем?
— Найдётся. Ольга, тряпицу найди, перевязать голову надо. — Крикнул он своей жене. Она засуетилась. Вытащила откуда-то кусок простой ткани.
— Рану промой сначала чистой водой. Перевар или вино есть?
— Есть царевна. И перевар, и вино. — Ответил купец.
— Сначала промой чистой водой, потом переваром и только после этого накладывай повязку. — Сказала я женщине. Наши ратники сложили рядышком в рядок людей купца. Мёртвых и живых, кто двигаться не мог. Я осматривала раненных. Трое были тяжёлые.