И конечно, я ничего Ивану не рассказывала о том, как Василий смотрел на меня. Я понимала, что нравлюсь ему. Не даром он спрашивал меня, не поторопилась ли я с замужеством? Ни к чему мужу знать такое.
Утром встали пораньше. Завтракать мне не хотелось. Даже чувствовала тошноту. Но тогда на это внимания не обратила. Есть ничего не ела, только попила сбитня и всё. Быстро выдвинулись. Шли к Дону. Пробежали путь за один дневной конный переход. Заночевали в лесу. Оделась по теплее. Иван расстелил войлок. Весело горел костёр.
— Вот, дочка, Дон. — Указал мне дядька Евсей. Я смотрела на реку. Узковат что-то Дон-батюшка. Хотя о чём я? Дон ещё мал, ему ещё только стоит стать больше и шире.
— Дядька, а здесь уже земли Вяземских?
— Нет. Спускаемся ниже по Дону. Ближе к Красной Мече.
— Красная Меча, приток Дона?
— Да.
Стали двигаться вдоль реки. Иногда отклонялись от реки. Лес сменялся довольно большими лугами, перелесками.
— Ногаи! — Сказал один из людей Квашнина.
— Точно ногаи? — Спросила его."
"— Точно. Я этих ни с кем не спутаю. Странно, что они тут делают? Время явно не для набега. Скоро снег пойдёт. А полусотней и даже сотней они сюда не ходят.
Ногаи помаячили ещё некоторое время и потом куда-то свалили.
— Не нравится мне это. — Сказал старший над государевыми воинами сотник Кобыла. — Ногаи и правда не ходят на Русь сотней или полусотней. Их явно больше, вот только где остальные?
— Ладно, что стоим? Кого ждём? Поехали. — Отдала команду. Две мои сотни двинулись дальше, смещаясь ниже по течению. Дон становился всё шире. Ближе к вечеру вышли на один из притоков Дона. Речушка была не широкая метра три.