Да даже и с тремя бы справилась. Но они то этого не знали. В глазах первого мелькнула злость.
— Слышь, ты, шалава малолетняя, сейчас с нами пойдёшь и за базар ответишь своим поганым ртом. Что-то мой малыш заскучал. — Он потер себе пах. Я передала Лене мыльницу, зубную пасту и щётку. Полотенце стала медленно скручивать в жгут. Он находился рядом и я чувствовала омерзительный запах перегара. Растопыренными пальцами резко ударила его по глазам ослепляя, не давая опомнится, накинула скрученное полотенце ему на шею и дёрнула на себя, одновременно сместившись вправо и нанесла удар ногой в живот второму подонку.
— Стоять! — Крикнула им. — Или я вашему ублюдку хребет сломаю или шею, выбирайте. — Стянула ещё сильнее петлю. Мужчина захрипел, пытался ухватиться за полотенце руками, но у него ничего не получалось. Он побагровел, потом начал синеть. — А потом я заявлю о покушении на изнасилование, уроды. — Крикнула остальным двоим
— Ты что творишь? Ты же его задушишь? — Крикнул третий.
— Ещё немного и задушу, на земле чище станет. Одной мразью меньше. Лена, открой наше купе. — Лена отступила назад, открыла купе и зашла, я так же стала отступать. Мужчина хрипел и дёргался. Я потащила его назад за собой, зашла, пятясь в наше купе. — Проходите. Быстрее, пока он не откинул свои копыта! — Велела им. Они прошли. Я ослабила полотенце, потом убрала совсем, ударила коленом парня в спину и он вывалился в коридор. Лежал и хрипел, держась за горло. Я вышла в коридор.
— Эй, прекращай! Всё, мы уходим. — Попытался остановить меня тот самый третий из них. Он был более трезвый. Я отступила.
— Забирайте своего ушлёпка и валите.
Из купе стали выходить люди. Выскочила в коридор проводник. Двое подняли своего товарища и повели дальше в другой конец вагона. Этот третий внимательно на меня посмотрел. Усмехнулся.