Знала, у неё всё получится. Иначе и быть не может.
Прошёл ещё год
— Вот эта крошка, — указала Ольга на месячную прелестную девочку с большими зелёными глазами, тихо лежащую в плетёном коробе, который поставила на стол монахиня в приёмном покое. — Правда, она очень похожа на тебя?
Мартин скользнул задумчивым взором по туго спеленатой малышке, всмотрелся в её кукольное личико, не находя никакого сходства.
— Разве что цвет глаз и то… — вздохнул. — Но раз ты хочешь именно её, я не стану противиться.
Ольга расцвела.
— Милорд, миледи, — склонила голову, — не сочтите за дерзость, но я должна исполнить свой долг и сообщить вам, что девочка не одна. В корзине, которую мы две недели назад нашли у ворот нашей обители, кроме неё был ещё и мальчик.
— Мальчик? — удивилась Ольга.
— Двойня, миледи.
— И где мальчик? — заинтересовался его сиятельство.
— Желаете посмотреть?
Они желали.
И правда, брат очень походил ликом на сестру, но был значительно крупнее тельцем.
— Ах, — тотчас умилилась Ольга, сравнивая его с сестрой, лежащей в соседнем коробе. Улыбаясь, засюсюкала: — И кто это у нас тут такой красивый, такой серьёзный, — так и подмывало сказать «как папочка», но она сдержалась. Выпрямилась и с напряжённым ожиданием посмотрела на мужа. — Что скажешь, милый?
Мартин нахмурился, а она молчала. Не подгоняла его, не давила, старалась выглядеть спокойной и не слишком уж заинтересованной.
Ждала его приговора.
Его сиятельство вскинул подбородок:
— Нельзя разлучать единокровных брата и сестру. Но если ты считаешь, что мальчик…
— Нет! Святая Дева Мария, нет! — воскликнула Ольга, прикладывая ладони к загоревшимся щекам. — Я даже не смела мечтать о подобном! Мартин, я обожаю тебя!
Не сдержав эмоций, бросилась ему на шею, горячо зашептала:
— Я самая счастливая женщина во Вселенной. Ты не представляешь, насколько я счастлива, любимый.
— Довольно, довольно, душа моя, — косился он на опустившую глаза монахиню, смирно ожидающую дальнейших указаний.
— Мы забираем обоих. Сейчас, — сообщила она возбуждённо, утирая выступившие слёзы.
Ольга была безмерно счастлива. Она скажет мужу. Обязательно скажет. Через год, два, три, когда сходство станет несомненным — ведь девочки так похожи на своих отцов. Расскажет, как всё случилось на самом деле и что он отец двойняшек. Знала — будет сердиться.