Алый флаг Аквилонии. Итоговая трансформация [СИ]

Потом была русско-японская война, перевод в бригаду морской пехоты полковника Бережного, дело под Фузаном и десант на Окинаву. Потом он стал свидетелем морского сражения при Формозе, когда без объявления войны русско-германский и британский флоты сошлись в жестокой схватке, после чего русские с немцами с иступленным сладострастием надавали рыжим просвещенным мореплавателям по наглой морде лица. За сражением у Формозы последовали перевод на Балтику, переформирование бригады в корпус и четыре года изнурительных учений, выковавшие из тяжелой стальной заготовки лучший в мире боевой ударный инструмент.

Уже в составе корпуса во время русско-австрийской войны фельдфебель Софронов еще раз обновил боевой опыт, прорывая оборону противника в Татрах, а напоследок, во время Константинопольской наступательной операции принял участие в похоронах Больного Человека Европы.

Все случилось где-то после полуночи. Выставленные наблюдатели услышали сверху по течению Гаронны отдаленный топот множества конских копыт и приглушенный грохот, как будто где-то там по склону холма катилась бочка, до половины наполненная камнями.

Поскольку никто из своих кон-но или на гужевом транспорте в ту сторону не отправлялся, и этот шум в ночи не мог означать ничего хорошего, рядовые морпехи Виктор Щеглов и Михаил Мальцев разбудили фельдфебеля Софронова. А уже тот, послушав звуки приближающейся катавасии, поднял по тревоге остальной личный состав и отзвонился по телефону дежурному в ротный пункт временной дислокации, расположенный в грузовом трюме «Антея». Мол, имею невыясненное и потенциально опасное явление, хотя непонятно, кого это могут носить тут черти среди ночи, пусть даже сейчас и полнолуние. Кстати, телефон был не полевой американский с разбившегося парохода, а вполне современный кнопочный, югорос-ского производства, попавший в Аквилонию в комплекте с мини-АТС на сто номеров. Внешне от известного старшему поколению телефона «Панасоник» этот прибор отличался только надписью «Электра» на верхней панели.

Тем временем топот и грохот приближались. И вот уже в свете полной луны можно было разглядеть мчащий по прибрежному лугу запряженный парой лошадей деревянный ящик на больших колесах, скачущих чуть позади двоих вооруженных копьями всадников, а также преследующую этих людей конную банду в два десятка бабуинов, то есть бедуинов. Несмотря на то, что погоня отставала от преследуемых примерно на полкилометра, исход был очевиден.