Такое оружие носили многие сыны Ангрона, используя в кровавых обрядах и мерзких людоедских ритуалах, которые Пожиратели Миров проводили в далёкие времена во имя Императора.
Громоздкий доспех Гневного украшало всего несколько черепов взятых в честь Кхорна. По одному проломленному черепу за каждую кампанию, которую отряд Коссолакса Отрекшегося вёл против погибавшего Империума Человечества. Восемь черепов — восемь кровавых крестовых походов — висели на броне. Это число священно для бога крови. На самом же деле он принёс к трону Кхорна их в тысячу раз больше.
Берсерк снял шлем, и стало видно лицо убийцы, изуродованное бесчисленными шрамами, сплетавшимися в дикий яростный клубок. Хротгар был лысым, нос срезан до хрящей. Когда-то давно он лишился и губ — чемпион Хаоса сам отрезал их, поклоняясь Повелителю Черепов, чтобы его голова выглядела как череп мертвеца.
Он положил шлем на каменный алтарь и вытащил нож. Режущей кромкой тяжёлого полуметрового лезвия служил двойной ряд немилосердно острых зубов гончих плоти.
Низкий гортанный рёв родился в глубине широкой грудной клетки Пожирателя Миров, когда он надавил острием ножа на бледную переплетённую шрамами плоть на правом виске. Хлынули тёмно-красные капли."
"Лицо застыло в уродливой ухмылке, и Гневный медленно и неумолимо провёл лезвием по лбу, рассекая старые вившиеся шрамы. У переносицы он изменил направление движения, рассёк левую щёку до края губы и только после этого отвёл клинок, острие которого мрачно блестело.
Приставив нож к левому виску Хротгар всё повторил, создав зеркальное отображение первого шрама.
Он остановил членовредительство только у правого уголка губ. Разрезы от верха скул до тлеющих злобой глаз завершили кровавый ритуал. Лицо берсерка заливала кровь, но она уже начала свёртываться, а раны заживать — как и всегда — зато на рычащем лице отчётливо стало видно руну Кхорна.
Ярость подобно расплавленной ртути хлынула в мозг по древним био-нейронным имплантатам — знание об их назначении утратили вместе с планетой, на которой родился демонический примарх. В разъярённом мозге стал разгораться пламенный гнев.
Чемпион Кхорна чувствовал, как неутолимая жажда крови струится по венам, словно расплавленный огонь.