Даже, наверное, в некоторой степени избыточных.
— Он не знал, где находится захожий рубежник. И долго его искал. Вам будет легче, — сказал Шуйский. — Надо лишь в нужный момент убить слабого ивашку. Только и всего.
— А еще выгадать, как уйти самому. Про это вы, вероятно, запамятовали, — усмехнулась нечисть. — Не переживайте, я знаю, что делаю. Не впервой. Может даже получится подружиться с этим рубежником прежде, чем убить его. Давайте деньги, придется заскочить за артефактами перед поездкой в Выборг. Но надо именно убить, не скомпрометировать? Просто мы с вашей подругой обычно…
— Если бы мне нужно было обесчестить этого захожего, сделать так, чтобы его объявили вне закона или что-то еще, я бы так и сказал, — нетерпеливо ответил Даниил.
— Тут дело в чем-то личном. Какой-то тайне, я понял. Хорошо, пусть будет так. Даниил Маркович, у меня к вам одна маленькая просьба.
— Что еще?
— Берегите мой скрамасакс. Я скоро за ним вернусь.
Нечисть забрала лунное серебро, варварски распихав его по карманам.
— Все прошло даже лучше, чем я думала, — подала голос Агата.
Сейчас, в лучах дневного солнца, она выглядела просто чудесно.
Шуйский отогнал от себя этот морок, надвинув маску безразличия.
— Он мне не нравится.
— Это нормально. Было бы странно, если бы перевертыш тебе понравился. Тогда бы я сказала, что князь Шуйский стал чересчур современным.
— Перевертыш должен умереть, когда исполнит задуманное, — отрезал Даниил.
— Ты не сможешь, вы пожали руки.
— Но не ты, — легко улыбнулся Шуйский. — Ты молчала, и в нашем договоре этот недотепа забыл про тебя. Был слишком увлечен дурацким ножом и условиями сделки. Нечисть есть нечисть.
— Об этом узнают другие, — побледнела Агата. — Многие рубежники перестанут иметь со мной дела.
— Ты не поняла, что стоит на кону? — пробуравил ее взглядом Шуйский. — Цель всей нашей миссии. Если упустим ларь, все планы пойдут прахом.