Где-то на просторах Атлантики сходились в сражении эскадры, тонули корабли, тысячи людей болтались на плотиках посреди океана. А мы, оставляя все это за кормой, тихо, мирно, незаметно шли к дому – и никому пока не было до нас дела.
Берлин, Рехсканцелярия, 4 мая 1943 года
– Итак, что каудильо просил мне передать? Я понял из ваших «верительных грамот», что вы пользуетесь его абсолютным доверием. Однако должен вас предупредить, что у меня очень мало времени.
– Фюрер, каудильо интересуется, нужен ли вам Гибралтар.
– И что он хочет взамен?
– Если коротко, то – Португалию.
– Сейчас не время и не место для шуток! Когда я предлагал каудильо свою помощь в сорок первом, что он мне ответил? Теперь же, когда Англия предъявила вам ультиматум, вы не нашли ничего лучшего, чем спешить за помощью ко мне? Побольше получить и ничего не отдать? У каудильо случайно не было евреев в родословной?
– Фюрер, речь, к сожалению, идет не об уступках.
– Однако британцы потеряли много больше.
– Военная удача переменчива и непредсказуема. А испанцы не трусы.
– Зато британцы не прощают таких оскорблений. Чтобы кто-то посмел атаковать и потопить их корабли? И по большому счету они правы – потому что сильнее. Так уж повелось, что сильные диктуют свои правила – а слабым остается кричать о справедливости.
– Фюрер, взгляните внимательнее, что происходит. Сначала британцы потопили «Канариас». Затем захватили наши Канарские острова. После дважды атаковали и полностью уничтожили нашу эскадру и пиратски захватили одиннадцать наших торговых судов. И наконец прислали нам ультиматум, в котором есть один очень странный пункт.