Чтобы наши юноши мечтали стать моряками, а не клерками, адвокатами и бухгалтерами, и девушки считали бы защитников Империи лучшей партией – так было в мое время, жаль, что этого нет сейчас! И потому есть огромная разница между тем, что доступно узкому кругу профессионалов, и тем, что читают все. Расскажите сегодняшним читателям, какими мы были – те, кто умирал тогда за Империю! Пусть они скажут о тех, кто служил в Королевском флоте: «Вот это были герои!»
Ведь у вас есть дар, молодой человек.
Я с великим интересом прочел ваш бестселлер. Конечно, это слишком смелое утверждение, что у русских была атомная субмарина уже в сорок втором. Да, вы убедительно показали, что это допущение снимает все нестыковки последующих событий – но даже не попытались объяснить, как это было возможно! А ведь шизофренический бред тоже бывает безупречно логичен, основанный лишь на одной, самой первой, неверной предпосылке. Не обижайтесь – и если вам угодно, я готов добавить в пользу вашей версии еще пару фактов.
Вы знаете, что я был на борту «Воронежа» в восемьдесят пятом, во время визита в Архангельск отряда кораблей? Нам было дозволено осмотреть эту легендарную субмарину, уже пребывающую на вечной стоянке в качестве музея – где она находится и поныне. Но именно я в шестьдесят восьмом командировал «Вэнгардом», первой атомной подлодкой Королевского флота – и потому достаточно сведущ и в этой области. Согласно официальной русской версии, К-25 первоначально имела фторо-химический двигатель, замененный на атомный в 1951 году.
Так вот, вся внутренняя компоновка, разделение на отсеки и многие другие мелочи выглядят так, словно корабль изначально строился под ту начинку, что на нем есть – она не была засунута взамен другого, на освободившееся место! А машины и оборудование явно слишком совершенны для начала пятидесятых. Так что загадок лишь прибавилось – но без ответа. Может быть, когда-нибудь кому-нибудь удастся их разгадать, но я уже вряд ли про это узнаю.
Но вернемся к битве у острова Сокотра, 9 сентября 1943-го. И давайте договоримся: я буду рассказывать в первую очередь о том, что видел сам, но иногда ссылаться на то, что узнал после. То, что в этих трех папках – это достовернейшая информация. Конечно, не всё, собранное мной, я сумел перепроверить, а какие-то документы не рассекречены и сейчас, но всё сомнительное в моих материалах отмечено особо.
