Мы встретили их бешеным огнем из всех зенитных автоматов, всё же пули прошлись нам по палубе, но никого не убило, и наша стрельба не дала видимого эффекта, вот только уже вдали мне показалось, что один из самолетов так и не поднялся ввысь, а нырнул в море, однако мне тогда не поверили. Теперь я знаю, что один «Сифайр» действительно был сбит, эти моторы жидкостного охлаждения клинит от пули или осколка. Но мы так и не узнали о той своей победе до самого конца войны.
А бедный «Гарибальди» получил торпеду, или даже две, и медленно отползал, курсом… да, всё, как на вашей схеме, сэр! Только ход у него был едва 10 узлов.
И «Гранатьере» стоял без движения. Эта компоновка, когда все котлы в одном отсеке, а обе машины в другом… Но самолеты улетели – и честно скажу, у нас была мысль, что, значит, всю победу, которая сейчас будет, запишут на нас одних. Сейчас расстреляем последних двух эскортников и устроим конвою бойню – чем мы хуже вашей «Авроры» в том ноябрьском бою два года назад?[59] Они тоже стреляли, но мы давили их огневой мощью, всё было на грани, вот сейчас, сейчас… Накрытие, еще накрытие – будто Бог решил компенсировать нашу меткость в начале боя.
Сейчас же я ясно видел, как два наших полных залпа легли совершенным накрытием равномерно вокруг цели, каким-то дьявольским образом не дав ни единого попадания! Но вот сейчас будет – и мы пойдем наконец громить беззащитный конвой!
И тут накрыло нас.
Сначала высоченные столбы прямо по курсу, пятнадцатидюймовые снаряды, линкоровский калибр. А затем у самого нашего борта – и что-то страшно ударило в нос. Нет, сэр, прямое попадание было лишь одно, второй лишь чуть не попал, но и этого хватило, чтобы разорвать нам обшивку, и первое котельное отделение стало затапливать. А носовая оконечность у нас была буквально вскрыта, как консервная банка, и первую башню перекосило на катках. Как не взорвался ее погреб, не знаю, наверное, нас хранила Мадонна! И ход сразу упал, но сбросить его быстро было нельзя, вода от напора ломала переборки, погреба обеих носовых башен были затоплены, наш «Аттилио» сильно сел носом.
И чтобы спастись, мы должны были идти задним ходом – вы этого не видели, сэр? Мы ползли кормой вперед со скоростью едва в восемь узлов, причем даже эти эскортные успели пристреляться и всё же влепили нам два снаряда в надстройки.
