А половина флота ушла на Индийский океан восстанавливать положение – это надо же, макаронникам проиграть! А штабы только что трясли, ища виноватых еще за те апрельские события, такие шишки постов лишались – и не факт, что вновь назначенные лучше, но прежние хотя бы в курсе были, что и где. И во всей Империи такое творится: Суэц пал, япошки в Индию ворвались, итальянцы в Кению (Эфиопию и Судан уже сожрали, и хоть бы подавились!), что после будет, страшно. И немцы что-то зашевелились, в Канале днем показываться опасно, что на воде, что в небе, как в сороковом перед вторжением – по всей Южной Англии газоубежища строят, если гунны начнут, как на Варшаву, химию бросать.
В общем, нервы, как перед грозой. И в такой обстановке нас в море вытолкнули.
"А немцы тоже учатся. И над морем летают, и очень далеко. И их авианосец «Цеппелин» весной в Атлантике шум навел, теперь в Бресте стоит. И над Каналом замечены «мессеры» и новые «фоки» с подвесными баками – несколько раз сбрасывали израсходованные чуть ли не на скалы Дувра. И в Северном море и в Бискайском заливе стали наши патрульные самолеты пропадать, последнее радио: «Атакован истребителями», – вдали от берега, и всё! В августе еще было флотские решили, что «Цеппелин» в море прорывается, и рванули туда эскадрой… и наткнулись на завесу из субмарин.