"
"На вид ей не больше шестнадцати, но не могу не отметить, что её природной женственной красоте уже сейчас могут позавидовать многие девушки: в юной метиске с пухлыми губами, длинными ресницами и смуглой кожей без сомнения чувствуется примесь южной крови, а миндалевидные глаза цвета переспелой вишни невероятно выделяются на фоне её золотисто-карамельных волос.
– Адам, ты здесь! – Отец быстро возвращает голосу привычную строгость, величественно поднимаясь со скамейки, и лишь ярко-жёлтые пряди в слегка поседевших волосах подтверждают то, что увиденный весёлый эпизод между ними мне вовсе не приснился.
– Фред сообщил, что ты меня ждёшь, но вижу, он ввёл меня в заблуждение. – Прохожу мимо трясущейся девочки к мольберту, оценивая степень её художественного мастерства. – Неплохо. Очень даже неплохо, – честно говорю я, всматриваясь в поразительную схожесть внешности отца даже в незаконченной версии картины. – Меня тоже сможешь нарисовать?
– Нет! – твёрдо отвечает вместо девочки Роберт, лишь сильнее разжигая во мне желание узнать о талантливой художнице больше.
– Почему нет? Думаю, мне уже давно пора обзавестись собственным портретом. – Игнорируя весьма негативную реакцию отца, я приближаюсь к хорошенькой девчонке, от которой явственно исходит мой любимый запах страха.
– Ты меня не слышал, Адам? – Отец встревает между мной и фигуркой художницы точно её личный защитник и с непоколебимостью во взгляде смотрит на меня.
Так… Это становится уже очень интересно.
Я с тем же напором сверлю его непроницаемое лицо, что за последние годы видел лишь через монитор компьютера.
– Не представишь меня своей очаровательной гостье? – интересуюсь спокойным голосом, даже не думая отступать.
Даже не столько из-за того, что прелестная девчонка меня в самом деле заинтересовала, а ради личного наслаждения от созерцания столь явного негодования отца.
Всегда любил вызывать в нём хоть какой-то всплеск эмоций, помимо его вечной высокомерной сдержанности.
– Меня зовут Камилла, – несмотря на ощутимый страх, её голос звучит весьма уверенно.
Отец продолжает загораживать девочку своим телом, даже не думая освобождать мне путь, чтобы позволить с ней познакомиться.
– Всё нормально, Роб, не переживай. Я не буду сдирать с себя одежду и накидываться на него.
Она подходит к нам сбоку, крепко сжимает руку отца, всматриваясь в его лицо с непонятной мне теплотой во взгляде, от которого он мгновенно расслабляется, но в сторону так и не отходит.
– Так ты, значит, Адам.