Он откинулся в кресле и поставил ноги на специальную скамеечку. — Потому что этому прекрасному невинному ребенку ничего другого не остается, как выйти за этого старого… развратника. Если она не сделает этого, дядя откажет ей в материальной поддержке и она потеряет свой дом. Ее дядя считает этот брак выгодным, поскольку Белховен обладает такими достоинствами, как титул и богатство. Насколько я понял, других достоинств у него нет. И этой чудесной девушке придется выйти за старика — у нее просто нет выхода.
— Абсурд, — сердито сказал Ян, осушив еще один бокал мадеры.
На этот раз в голосе Дункана прозвучал нескрываемый сарказм:
— Это было до того, как она встретилась с тобой. После этой встречи все только и говорили, что она уже… как бы это выразиться…девушка, бывшая в употреблении.
— Как это, черт возьми, понимать?
— Это я хотел бы услышать от тебя, — ядовито сказал викарий. — Пока я знаю лишь версию мисс Трокмортон-Джонс. Когда я услышал ее в первый раз, мисс находилась под действием лауданума. Сегодня она пребывала в состоянии самой необузданной ярости, которую я когда-либо видел, И хотя я, возможно, знаю не все, суть истории мне известна, и если хотя бы половина из того, что я слышал, — правда, то у тебя, очевидно, нет ни совести, ни сердца! Лично мое просто кровоточит от сознания, что пришлось вынести
Элизабет два года назад.
— Что эта женщина тебе наговорила? — перебил его Ян, подходя к окну.
Его безразличный тон окончательно взбесил викария, он вскочил на ноги, подошел к Яну и сердито уставился на него."
"— Она сказала, что ты безвозвратно погубил репутацию Элизабет Камерон. И еще она сказала, что ты уговорил эту невинную девушку, которая всю жизнь прожила в своем доме в деревне и всего несколько недель провела в обществе, встретиться с тобой в домике лесника, а потом — в оранжерее.