А вот такой забавы, — Вячеслав приподнял котика, двигающегося лапкой и наклоняющего голову к бегающей по кругу мышке,
— пока ни у кого нет! На следующий год появятся, но сейчас… — боярин многозначительно оглядел своих крестьян и те понимающе закивали головами.
— А и пусть половина денег за товар! Нам всё одно выгодно! — загудели крестьяне. — Фёдор игрушки в город будет весь год возить, а мы только на ярмарку привезли бы…
— Добре, — согласился Вячеслав, решая расширять лавку или выкупить место на рынке, да поставить туда кого из дворовых.
Если послушать Милославу, то валенки с игрушками и вышивкой лучше в лавке держать, а продукты можно на толкучке выставить. Их немного остаётся на продажу… всё сами съедали.
Если купцов заинтересуют подвижные диковинки, то это может стать ещё одной статьей дохода. Князь за службу платит серебром, но всё уходит на воинскую справу и проедается в дороге.
Дуняша целыми днями пропадала на скальном пригорке. Ей нравилось смотреть, как по её задумкам строится небольшой домик. Точнее, сам домик возвели за пару дней, да ещё день потратили на крышу, а задержка вышла с печкой.
— Огромная какая, — не переставала удивляться Любаша.
— Так муж у тебя не маленький, а спать придётся на ней.
— Если так, то вроде и ничего. Осталось только стол поставить, да сундук, как раз места хватит.
Дуня понимала, что домик получился крохотный из-за нехватки строительного материала, но разживутся молодые и сделают пристройку со стороны печи. А пока она настояла рыть-долбить погреб с потайным выходом к обрыву.
Едва он пробил углубление, то дальше приступил не к расширению будущего погреба, а все силы бросил на создание тайного хода. Правда и тут охватившая его одержимость внесла коррективы, и Яким долбил лаз, в котором он с трудом мог продолжать работать.