Боксер, Пашка, я и космический отщепенец

Кагараши выпрямился и хмуро, но уже без обычного превосходства или недавней злости взглянул мне в лицо.

- Паша смелый. Ты - правильная мать.

То ли от полученной эмоциональной и физической травмы, то ли от лекарств, если конечно они в моем организме водились, а может и от простых слов парня губы затряслись, я шмыгнула носом и снова заревела.

Чувствую, команда сейчас бы с удовольствием взглянула в это, ставшее таким растерянным и молодым, юношеское лицо. Кагараши испуганно заметался по медблоку в поисках не знаю чего.

Женская истерика явно не входила в список его профессиональных навыков, или он просто раньше с ней не сталкивался.

- Ты не переживай. Сейчас пройдет. Это от потрясения.

Врач склонился надо мной и нахмурился. Мне в голову ударила дурацкая мысль и, не утруждая себя осмыслением ее верности, я приступила к исполнению. Вытянула руки с прикрепленными к ним разноцветными проводками из капсулы, взяла парня за плечи и притянула к себе. Удивительно, но он не сопротивлялся.

- Вы чем-то с Пашкой похожи, - я устало выдохнула в его притихшую макушку.

- У тебя тоже внутри стальной стержень, и он скорее сломается, чем согнется, только каждая попытка сломать закаляет его и делает тверже.

Я не знала, понял меня Кагараши или нет, да это было и не важно. Его руки вдруг обвили мою шею."

"Так и обнимали мы друг друга. Я - в горизонтальном положении, он - в вертикальном. Этот мягкий жест немного напоминал те взаимоотношения, что связывали нас с сынкой. В груди стало тепло, на душе спокойно.

Плакать больше не хотелось.

- Он скучать, я с ним говорить совсем недавно, но я не сказать ему, что тоже скучать, - пробубнил Кагараши. Мне пришлось напрячься, чтобы расслышать это признание.

- Он знает, - уверенно кивнула я головой.

Парень оторвался от меня и выпрямился во весь свой немаленький рост.

- Откуда знать?

- Он ведь родитель. А родитель всегда знает, что ребенок скучает. И потом, он же мудрый. Конечно, он знает. Но говорить почаще не помешает, - поспешно исправилась я.

Дверь медблока открылась и внутрь влетел счастливый Шуаи.

- Сишати разрешил навестить. Ты - наш счастливый зверек! Ты не представляешь, как я тебе благодарен и лично от себя, и лично от своей семьи! Столько месяцев поиска и вдруг: на тебе!

- Чего? - не поняла я.

Кагараши прошелестел что-то Шуаи и вышел в коридор, на прощанье улыбнувшись мне. Я тоже послала ему одну из своих материнских улыбок. Хороший мальчик. Немножко несчастный, но все обязательно наладится.