Осмотрев комнату на предмет любых посторонних предметов, Питер и Игорь вынесли вердикт, что внутри нет ничего, чтобы выходило из списка положенных принадлежностей.
— Слушаю, — поднял трубку, видя на дисплее имя Меган.
— Где ты, Ник? — как никогда взволнованно защебетала супруга.
— В Пресвитерианской больнице.
— Я слышала про взрыв из службы новостей! Звонила Джеймсу, но тот не берёт трубку! — бормотала она таким истеричным голосом, что мне на самом деле стало её жалко. — Как он, с ним всё в порядке?! Хотела поехать на место, но отец меня не выпускает! Что там, черт побери, случилось?!
— Успокойся, — прервал её стенания, от которых у меня начала болеть голова, — с нашим сыном всё хорошо.
— Ты уверен?!
— Более чем, — выдохнул, присаживаясь в кресло.
— А почему ты тогда в больнице?
— Из-за Даяны.
— Даяны? — тотчас изменился её голос, став колючим словно проволока. — И что с ней?
— Буду знать точно после встречи с оперировавшим её врачом. Ей ещё не делали ни МРТ, ни рентген.
— И как это случилось?
— Она приняла на себе то, что ожидало нашего сына. Девчонке просто повезло, что её шафер завёл автомобиль до того, как та в него села. Если бы это был Джей, то нам бы уже пришлось справлять похороны.
— Да… Думаю, ты прав…
Её слова вызвали во мне целый шквал негатива. Всего за долю секунды Меган умудрилась пробудить не только раздражение, но ещё и гнев, презрение и даже ненависть! Ведь я совершенно точно знал, что в этом покорном согласии не было ни капли сожаления о том, через что сейчас выпало пройти бемби.
Сухая, чёрствая, безразличная Меган не проронила бы ни единой слезинки по девчонке, которая за всё это время не сделала ей ничего плохого, кроме того, что стала недостойной невестой её сына.
— Вот и хорошо. Думаю, тебе стоит остаться у отца до тех пор, пока мои люди не проверят весь наш автопарк, лифты, а также гараж.
— Хорошо, — безропотно подчинилась Меган, прекрасно понимая всю серьёзность сложившейся ситуации. Ведь до тех пор, пока мы не знаем, кто и по какой причине устроил покушение, каждый из нас был под ударом.
— А я останусь с Даяной до тех пор, пока она не придет в себя.
— Уверен? А может, будет лучше приехать сюда, к нам? Не думаю, что твоё присутствие хоть что-то изменит, — съязвила моя благоверная, вызывая у меня необъяснимый смешок. Удивительно, и как только в такой женщине может быть столько яда? Не удивлюсь, если сейчас она жалеет о том, что бемби осталась жива.