— Сделай что-нибудь, — он не приказывает, просит.
Еще вчера — средних лет мужчина, властный, жестокий и безгранично уверенный в себе, он железной рукой держал поводья, когда три коня китайского средневекового апокалипсиса Голод, Наводнение и Мор пытались увезти империю к развалу и катастрофе.
А сегодня это почти старик с потухшим взглядом. И плевать ему на государство.
А я что, врач? Хотя понимаю: сепсис начался. Занесли инфекцию. Как она жива-то до сих пор, моя Ю Сю! С таким диагнозом, как правило, сгорают мгновенно!
— Я… тебя… ждала…
Она вся пылает, мое солнышко.
— Дождалась… Мэй Ли…
— Я здесь, Ю Сю, — сжимаю крепко ее дрожащую от слабости огненную ладошку. У Благородной императорской супруги сильнейший жар.
— Мои дети… Они теперь твои…
— Да, брось! Ты сама их вырастишь! Неделька-другая, и встанешь! Будешь, как новенькая!
— Нет… Дай слово… Их не убьют…
— Да что ты! Кто посмеет⁈
— Ты знаешь… Мой кролик…
— Нашла, что вспомнить! — «на смертном-то одре», — невольно хочется добавить мне.
Да что ж такое! Не хватало проговориться! Но его величество все равно ничего не слышит. И я могу болтать все, что вздумается.
Потому что передав мне с рук на руки своих детей, Ю Сю испускает последний вздох.
И это начало отсчета новой эры.
И я поневоле включаюсь…
Глава 2
У ворот моего Куньнингуна очередная крупномасштабная делегация. Благородная супруга Гао в носилках, которые окружили первые лица империи, и ее братец-министр во главе процессии. Дамба оказалась на редкость прочной, и карьера младшего Гао не поплыла, как я наивно надеялась. Дослужился до третьего ранга, хитромордое водоплавающее! Почти уже премьер!
Вот и барабанит безнаказанно в мои ворота:
— Немедленно откройте, ваше императорское высочество! Так больше продолжаться не может! Вы нарушаете наши традиции!
Я нарушаю⁈ Проблема в том, что император не дозволяет похоронить возлюбленную.