— Если бы ты Алине сказал раньше про все его дела, то и не таскался бы за ней столько месяцев, — вворачивает Матвей, а Иван лишь хмыкает:
— Тогда я тоже стал бы тварью. Нет, разбираться между собой они сами должны. Я только чуть-чуть подтолкнул… Женщине его номер дал, например… А дальше она сама.
— Ты тоже тот еще манипулятор, да? — смеется Матвей.
— Нет, — роняет веско Иван, — просто… Сама бы Алина дольше доходила. А я… У меня не было сил ждать уже. Пару раз ловил себя на том, что у ее квартиры стою и пальцы к звонку тяну.
— Ну так сказал бы ей, что разобрался с ее кредиторами и проблемами, может, она бы…
— Это не ее кредиторы, — поправляет Иван, — а Севки. И нет никакой заслуги в таком. Любой нормальный мужик так же бы сделал. Вот прикинь, у твоей женщины проблемы… Ты бы их не устранил?
— Устранил…
— А хвастаться бы этим стал?
— Еще чего… Она бы и не узнала о таком…
— Ну вот…
— Ну ладно… А теперь чего? Брат же не простит.
— Мне плевать. Я сделал все, чтоб он встал. И закрыл его долги. Больше я этому гаденышу ничего не должен.
— Он ведь еще придет…
— Да, скорее всего. Но я не родители, я его покрывать не собираюсь.
Пусть сам выгребает.
— А Алина?
— А Алина — моя.
В этот момент я то ли шумно вздыхаю, то ли с ноги на ногу переступаю нервно, но оба мужчины замолкают и поворачиваются ко мне.
Замираю, нелепо сжимая ворот огромного тяжелого халата, улыбаюсь:
— Простите… Я… Не хотела, я… Ой…
Разворачиваюсь и бегу в спальню, ощущая, как пылают щеки и шея.
Они решили, что я подслушиваю! Да я и подслушивала! Черт!..
Падаю на кровать, задыхаясь от волнения и стыда, закутываюсь в халат.
Что подумают теперь?
Что Иван подумает?
Тут кровать чуть-чуть прогибается под массивным весом, я, в нелепой панике, пытаюсь отползти подальше, но меня ловят и прижимают к горячему телу.
— Ну ты чего, Алин? — гудит мне на ухо Иван, — испугалась, что ли?
Не бойся, Серый сейчас уйдет… Он вообще так, случайно зарулил…
Он бормочет это все, а сам аккуратно распаковывает меня, открывая по очереди: плечи, спину, горящее от стыда лицо. Нависает надо мной, серьезно глядя в глаза:
— Расстроилась?
— Из-за чего? — шепчу я.
— Из-за того, что сказал…
Я пытаюсь понять, что он имеет в виду, не понимаю и мотаю отрицательно головой.