И вот теперь, совершенно случайным образом, я получила новый опыт… Нежеланный, ненужный мне! И что теперь делать, как себя вести с человеком, не понимаю.
Надо же разговаривать про это, да?
Вчера были эмоции, но сегодня-то…
Захожу к Севе, здороваюсь, мельком осматриваю его, отмечая, что муж переодет, умыт, и, похоже, накормлен. Сидит, смотрит мультики.
— С наступившим, милый, — целую его в щеку и долгую минуту смотрю в пустые глаза, пытаясь поймать хоть какой-то ответ. Это наш утренний ритуал, но сегодня я с удвоенным усилием изучаю родное лицо мужа.
Так ничего и не увидев, поднимаюсь и иду на кухню, откуда доносятся запахи еды и звуки передвигаемой посуды."
"— Доброе утро, — басит Иван, поворачиваясь ко мне от плиты. Он одет в светлую футболку с коротким рукавом, и очертания татуировки угадываются теперь очень хорошо. Пугающая такая картинка, почему-то вызывает оторопь.
Сама футболка навыпуск, свободная, плотные джинсы на военный манер, с множеством карманов и каких-то ремешков непонятного назначения, мешковатые и не мешают свободе передвижения.
И Иван этой свободой пользуется вовсю.
Он легко перехватывает сковороду со скворчащей на ней яичницей, другой рукой цепляет тарелку, перекладывает приготовленное на нее, и все это — одним слитным движением, плавным и неторопливым, но в то же время экономным.
Моргаю, поймав себя на слишком внимательном взгляде на его крупные грубоватые пальцы, смотрю в лицо:
— Доброе…
Это не звучит утверждением, да и плевать.
Для меня утро явно не доброе.
— Позавтракаешь?
Он достает еще одну тарелку, перекладывает на нее остатки яичницы, посыпает нарезанной зеленью, сыром, ставит на стол большое блюдо в овощами.
— Полагается, конечно, новогодними салатами похмеляться, но я как-то не особенно люблю, — продолжает он комментировать свои действия, доставая из ящика приборы.
Я пораженно наблюдаю за его движениями. Надо же… Совершенно освоился, ведет себя, как будто дома!
— Спасибо, не хочется, — сухо отвечаю Ивану.
— Тогда кофе, — кивает он, совершенно не смутившись и не расстроившись из-за моего отказа.
И ставит на стол чашку с кофе. Вареным. Ароматным.
Сглатываю и машинально сажусь на табуретку.
Он удовлетворенно кивает, садится напротив, принимается за еду.