По семейным обстоятельствам… Садитесь скорее, замерзли уже, наверно!
— Эм-м-м…
— Садитесь! Тут стоянка запрещена!
Я, словно в коматозе, делаю шаг вперед, тяну на себя открытую дверь и сажусь в машину.
Пристегиваюсь, прижимаю ближе к себе сумку, словно защититься пытаюсь. Или опасаюсь, что водитель этой дорогой машины позарится на мои рабочие тетрадки и проектные работы восьмиклассников, которые я несу домой для проверки.
Ловлю себя на этом нервном глупом движении и с усилием расслабляю руки.
Мне, наверно, надо попить каких-то успокаивающих, совсем нервы ни к черту…
Невероятно, но выдохнуть и чуть-чуть расслабиться удается относительно легко.
Осматриваюсь, скольжу взглядом по салону, большущему экрану на передней панели, мягкой даже на вид внутренней обивке. В машине играет тихая спокойная музыка, приятно пахнет.
Кошусь на водителя, неторопливо выкручивающего руль, чтоб выехать с остановки.
Красивый мужчина. Четкий профиль, жесткий изгиб губ, стильная стрижка. Широкие ладони, спокойно лежащие на руле.
И глаза у него серые, ироничные.
Спохватываюсь, отвожу взгляд, стыдясь того, что поймали за рассматриванием, словно школьницу.
— Простите, я не сказал, как меня зовут, — улыбается парень, — я — Матвей, мы с Иваном… м-м-м… коллеги.
— Вот как? — удивляюсь я, — вы тоже моряк?
— Моряк? — чуть хмурится Матвей, — а-а-а… Ну да, можно и так сказать…
— Подождите, — мне не нравится эта заминка и эти недомолвки. Иван, получается, обманывал меня, когда рассказывал о своей профессии и своей деятельности? Черт, я ведь подозревала! — То есть, Иван — не моряк? И кто же он? И кто вы?
— Я — его друг, — спокойно отвечает Матвей, — а насчет всего остального… Спросите у него самого.
— Друг… — по тону Матвея становится понятно, что больше он ничего существенного не скажет, и это досадно, — вам сколько лет?
Я уже вполне освоилась и теперь включаю строгую училку.
Судя по всему, этот Матвей был не особо послушным мальчиком в школе, может, что-то на инстинктивном уровне и проскользнет?
— Двадцать пять, — отвечает послушно Матвей.
— Хм-м-м… — выглядит он постарше. Взгляд такой тяжелый, и морщинки в уголках глаз. Вертикальная еще между бровей, хмурится много, или привык куда-то в одну точку долго смотреть, щурясь, напрягая зрение и мимику, — но ведь Иван гораздо старше вас?
— Да, — кивает Матвей.
— И что же за деятельность вас свела?
— Море, — пожимает плечами Матвей, — я был срочником, а Иван… Он мне помог.