Как быстро он успокоился… А заводился ли? Или это просто еще один способ получить нужную информацию?
— Могу я… — боже, какой хриплый, жуткий у меня голос… — могу я… уйти?
Спрашиваю без особой надежды, прекрасно понимая, что не отпустит. Если такие подозрения, то точно не отпустит.
— Иди, — его холодный ответ до того неожиданный, что сначала не верю в услышанное, поднимаю на него взгляд и моглаю изумленно.
Хазаров неторопливо изучает меня, курит и, усмехаясь углом губ, повторяет:"
"— Передай своим… заказчикам, что если еще раз сунутся, то меня расстояние не удержит… И в следующий раз я не буду таким… милосердным.
Хочется спросить, что он имеет в виду, говоря про “подгон” и прочее… Но боюсь. Тупо боюсь услышать правду.
— Могу я… Попрощаться с Ваней?
— Отыгрываешь до последнего? — смеется он, как-то жутко, страшно кривя лицо, — молодец… Даже жаль, что… Можешь. Но утром чтоб тебя здесь не было. В городе, так и быть, живи, если хочешь.
— Да. — Я встаю, тщательно драпируясь покрывалом, подхватываю с пола халат, а со стула — те самые футболку и штаны, в которые нарядил меня Хазаров после нашей первой ночи.
И ухожу в ванную. Тщательно закрываю дверь, смотрю на себя в зеркало, совершенно не узнавая в той сумасшедшей, невероятно напряженной женщине, что глядит оттуда, себя прежнюю. Не ее, меня прежней… Кончилась. Сейчас вот, на кровати этой, плитой могильной накрыло.
Переодеваюсь, сдерживая тремор в пальцах.
Сажусь на край ванны, не решаясь выходить из комнаты.
Мало ли… Передумает еще, запрет меня тут… Или где-нибудь внизу, в подвале, чтоб все же выбить информацию. Непонятно, какую, он ведь полностью уверен в том, что я виновата… Но, наверно, хочет это от меня услышать, получить лишние доказательства…
Болит сердце опять. Потираю неосознанно левую сторону груди, считаю пульс на запястье. Так и до приступа недолго…
Умываюсь холодной водой, приказывая себе успокоиться.
Не надо так, не стоит оно…
К тому же, еще и Ваньке утром что-то говорить будет нужно…
И на это потребуются силы. Все мои силы…
Глава 59
— Ты мне обещала.
— Вань…
— Ты обещала.
— Ваня…
— Ты. Обещала.
Выдыхаю, тяну Ваньку к себе за плечи, пытаясь обнять. Но он, словно в маленького деревянного человечка превратился, не поддается.
Резким движением вырывается, складывает руки на груди, смотрит жестко. Так знакомо жестко, что дрожь продирает.