Ох, даже подумать противно!.. Сколько еще можно откладывать? Какую гнилую выгоду принесет мое молчание? А какую жалкую награду мое предупреждение?
Снова перекинуться словцом с богом войны Фенэром? Да нет, бедняга знает, пожалуй, еще меньше. Прячется, практически свергнут… Свергнут – любопытная идея. Боги воюют… возможно.
Странник призраком прошел сквозь скалу. Для задуманного понадобится рука смертного. Кровь смертного.
Он шагнул на пол, вымощенный заплесневелым булыжником.
Далеко он ушел, сколько времени прошло?.
Я ничего не могу поделать, я слаб, проходя кривыми дорогами судеб. Когда-то я значил гораздо больше. Господин плиток. Вся сила в начертанных образах, почти словах из тех времен, когда написанных слов не существовало.
Он ощущал внутри себя когда-то потухший уголек… чего? Ах да. Ясно вижу. Вижу.
Честолюбие.
Странник достиг тайной палаты и ощутил у входа пульсирующее тепло.
Согнувшаяся над жаровней, она повернулась, когда Странник вошел. Тяжелый, сырой воздух, насыщенный благовониями, почти опьянил его. Ее глаза распахнулись:
– Турудал Бризад…
– Дело вот в чем. Сделка…
Она осторожно протянула руку над углями жаровни:
– Они все хотят заключить сделку.
– Обители, ведьма. Они сталкиваются, неуклюжие, как старухи. Сталкиваются с новыми – с Путями. Только дурак назовет это пляской равных. Сила когда-то была крепкой. А теперь она… – Он улыбнулся и подошел на шаг. – Теперь тонкая. Понимаешь? Что предложить тебе, ведьма?
Она нахмурилась, скрывая страх:
– Нет. Ты смердишь, как помойная яма, консорт. Тебя здесь не ждали…
– Плитки так хотят поиграть, правда? Они укладываются в изломанные узоры, всегда изломанные.
Рука над жаровней дернулась, и глаза Пернатой ведьмы вспыхнули, глядя мимо Странника.
За его спиной раздался тихий голос:"
"– Не делай этого.
Странник обернулся.
– Куру Кван. Она вызвала тебя! – Он рассмеялся. – Я могу изгнать тебя в мгновение ока, призрак.
– Она не должна была этого знать. Послушай мое предостережение, Странник: ты впал в отчаяние.