– Это… это ты и сказал Ублале? Ах ты, злобный, бессердечный…
– Я вообще-то имел в виду всех смертных.
– Но он-то не понял!
Заговорила Джанат, которая тоже сидела с щербатой глиняной чашкой в руках.
– Выходит, весь город гудит в тревоге из-за тебя, Тегол Беддикт?
– Теперь они будут искать, – заметил Бугг, – человека в одеяле.
– Ну, таких-то много? – возразил Тегол.
Никто не ответил.
– Точно много, – повторил Тегол, сам понимая, что говорит слишком резко. Он поспешно взял себя в руки. – Постоянно растущий разрыв между бедными и богатыми, все такое… Одеяла сейчас в моде среди бедноты.
Оба слушателя ничего не ответили, а только сделали по глотку.
Нахмурившись, Тегол спросил:
– Что это вы пьете?
– Куриный чай, – ответил Бугг.
– Ты хочешь сказать – суп.
– Нет, – возразила Джанат. – Чай.
– Стойте, а где все куры?
– На крыше, – сказал Бугг.
– Они не свалятся?
– Ну, если только парочка. Мы постоянно проверяем. До сих пор они демонстрируют поразительную разумность. Нетипичную для этого дома.
– Давай пинай утомленного беглеца, конечно. Бедного Ублалу, наверное, поймали.
– Возможно. Он задумал какой-то отвлекающий маневр.
Тегол прищурился на слугу.
– Тебе нужно постричь эти клочки над ушами. Джанат, вы не найдете мне нож?
– Нет.
– Сговорились, да?
– Бугг в самом деле очень способный человек, Тегол. Ты, пожалуй, его недостоин.
– Уверяю вас, академик, мы оба друг друга недостойны.
– И что это значит?
– Знаете, судя по запаху, я готов поспорить, что куриный чай ничем не отличается от жиденького куриного супа или, на крайний случай, бульона.
– Тебе никогда не давалась семантика, Тегол Беддикт.
– Мне не давалось почти ничего, насколько помню. И все же я настоятельно напомню о своем прилежании, целеустремленности в овладении чарующим знанием, о чистоте истинно академических… э… исканий – я мог бы говорить безостановочно…
– Всегдашний твой порок, Тегол.
– …но не буду, ведь мне противостоит враждебно настроенная аудитория. Так скажи мне, Бугг, почему Ублала так хотел побеседовать с этим чистокровным тартеналом?
– Хотел выяснить, как я понимаю, является ли этот воин богом.
– Кем?
– Новым богом, я имею в виду. Или Взошедшим, выражаясь точнее. Вряд ли у него есть какие-то поклонники.
Пока.
– Так, а тартеналы поклоняются только тому, что пугает их? Это просто воин, обреченный умереть от меча императора. Вряд ли он мог вдохновить бедного Ублалу Панга.
Бугг лишь пожал плечами.
Тегол вытер пот со лба.