Сами проживут как-нибудь, чай, руки-ноги у всех присутствуют… Разумеется, обслуживающий вас персонал, тоже волен идти вместе с ними — но только он и никто другой, мы проверим каждого.
— А мы?"
"— Вы нам не нужны. Вообще. Никак — и ни в каком качестве. Все, что требуется нам знать — и так уже известно. Ваши связисты были достаточно откровенны… Расположения резервных складов и законсервированных объектов — вы не знаете.
— А вы?
— Знаю — и уже предпринял соответствующие действия.
— Если вы имеете в виду то, что сообщили Широкову — то это только часть всего…
— Не только это.
А вот это — удар под дых! Политик как рот раскрыл, так и остался сидеть, фразы не закончив.
— И какие у вас планы относительно нас? — нашелся наконец генерал.
— Ну, кусок веревки и мыло, полагаю, в каждом доме у вас есть… Впрочем, я не настаиваю, вы можете придумать и еще что-нибудь… пистолет тоже подойдет… Впрочем, в качестве альтернативы я могу устроить вам всем сразу встречу со столь опекаемым вами народом — уверен, все стороны получат неизгладимые впечатления от нее.
Немая сцена… Где Гоголь — такие персонажи пропадают! Эх, не литератор я…
— У вас есть час. После этого мы сотрем ваши домики с лица земли.
Игоря Петровича, похоже, прямо сейчас кондрашка хватит — вон как он весь покраснел.
— Вопросы?
— Один… — медленно говорит Михалков.
В его руках откуда-то появляется серая коробочка.
— Если я сейчас нажму кнопку — произойдут взрывы во всех домах. Заряды заложены по всему поселку. Живым почти никто не уйдет.
— Своих женщин и детей вы тоже согласны принести в жертву?
— Это лучше, чем подыхать с голоду в лесу!
— И что же вы хотите?
— Ваши люди сложат оружие и отойдут в лес.
Вертолеты у них есть… могут.
— Все?
— До отлета вы остаетесь с нами. И не пробуйте шутить!
Гадалка повернулась к соседу.
— Все слышали?
— Угум…
— Не могу отсюда стрелять — мне эта долбаная беседка весь обзор закрывает! А уйти куда-то нельзя, вдруг и этот тип пересядет?
— Ладно… минут пять он им еще мозги дурить сможет?
— И больше сможет.