Но сейчас что-то изменилось. Изменилось не только внутри него самого, а, что важнее, мир вокруг.
Из крошечного голубого шарика, опутанного мириадами спутников, кабелей и теле — сетей, уменьшающих и без того не самую большую планету, мир внезапно вырос. И не просто вырос — обернулся исполинским гигантом, таящим в себе столько тайн, что хватит на несколько жизней.
Алекс не хотел упускать такой шанс. Шанс не только вырваться из тесных когтей судьбы, сдавливающих горло долгие годы, но и ускользнуть от самого себя.
Юноша задержал дыхание, затем втянул воздух полной грудью и резко выдохнул. Сердце замедлило свой бег и натянутая пружина где-то в районе солнечного плетения, расслабилась, распутывая плотный комок нервов.
Музей уже эвокуировали. Огромное здание, лестница к которому была украшена красной ковровой дорожкой. Впрочем, Алексу пришлось забираться сюда иначе — ведь у входа дежурили пожарные и саперы.
Власти Искариотов наверняка хватало на то, чтобы управлять городскими службами. Во всяком случае ни саперы ни пожарные пока даже шага к музею не ступили.
Дум же, пробравшись внутрь, почувствовал себя не в своей тарелке. В главном зале висели постеры с изображение главного экспоната выставки — чашей.
Эх, знали бы устроители выставки, что за артефакт они случайно сюда привезли. Кстати вон он — лежит под стеклянным колпаком с правой стороны от стройных рядов разложенных пластмассовых стульев.
Что ж, пора приниматься за работу…
* * *Стоя на миниатюрной сцене за красивой кафедрой, Алекс чувствовал себя полным идиотом. Кого он хочет обмануть? Девять Искариотов и семеро оборотней придут к полночи в это место. Каждый из них намного опытней и сильнее, нежели без месяца как начинающий черный маг.
— Я все сделала, — Лиза появилась несколько неожиданно и Дум вздоргнул. — Если ты боишься меня, как собираешься справиться с ними?
— Ха — ха, — передразнил парень, почувствовав насмешку в тоне Стронтон.
Блонди пожала плечами у замаскированного портьерой черного выхода. Дум обосновал это тем, что девушка должна иметь возможность сбежать, но на самом деле он продолжал её использовать.