Видимо в ней содержалось некое знание, связанное с выставкой. Или, если быть точнее, с одним из экспонатов.
Значит как минимум цель одного из преследователей Алекс узнал. Локсли хотел заполучить гриморий и экспонат. Мотив вполне себе клишейный для ситуации, но Дум не жаловался.
Что же до фанатиков и оборотней, то с ними Алекс ""разбереться"" позже. Сейчас было главное найти убийцу Метфилдов и очистить своей доброе имя. Кстати, учитывая, что выставка в пятницу, на это у парня имелось всего два дня.
— Керк, — одними губами прошептал Дум.
Никакого присутсвия в голове он не ощутил.
— Керк! — чуть ли не в голос произнес начинающий маг.
— ""Чего тебе, болезный?""
— Мне все еще нельзя колдовать?
— ""Можно конечно"" — фыркнул дух. — ""Если хочешь, чтобы тебя поймали и вздернули, так хоть заколдуйся здесь!""
Алекс чертыхнулся.
— А чего ты так печешься обо мне?
— ""Я твой Проводник""
На этот раз Дум заметил в голосе собеседника нотку неуверенности.
— Не договариваешь, напарник.
Некоторое время Керк молчал.
— ""Если ты умрешь, умру и я"" — вдруг ответил он.
Алекс поперхнулся, чем привлек внимание сокамерников.
— А это не работает в обратную сторону?
— ""Ой, да иди ты в жо…""
Договорить птице не дал металлический скрежет давно не смазываемых петель. Алекс, поддавшись порыву, повернулся ко входу в зал. К клетке медленно приближалась фигура среднего роста. Плавные линии тела, едва заметное щелканье миниатюрных, но все же каблучков. Запах ромашки и вишни.
Когда же на свет вышла миловидная блондинка, в камере зазвучал свит и улюлюканье.
Алекс, правда, к их числу не относился. Как-то не везло ему по жизни с противоположным полом. А может с этим были как-то связаны мачеха и её мерзкие дочери.
Девушка была одета в синюю форму патрульного и держала в руках магнитную карту.
— Александр Думск… Думскх…
Дум только устало вздохнул.
— Я за него, — сказал парень, вставая со скамьи.
— Подойди, — приказала леди.
Парень подчинился и подошел в плотную к решетке. Девушка достала из кармана пластиковую ленту и жестом попросила вытянуть руки. Когда лента крепко связала запястья, полицейская велела всем отойти за желтую линию. Народ, пусть и не переставая отпуская сальные комментарии, послушно перебрался за ограничитель.