— Еще немного, и я попаду на Брайтон — бич, — хмыкнул Дум, вспоминая карту города.
Алекс, будучи максималистом и перфекционистом одновременно, не очень хотел вылетев из России, попасть в её уменьшенную копию. Жизнь на Брайтоне имеет свои плюсы только для тех, кто не знает английского, а Дум говорил на нем так же свободно, как и еще на ряде других языков. Когда у тебя идеальная память, но нет друзей, то нужно же чем-то себя занимать. Алекс, к примеру, учил языки. Уж они-то всегда пригодятся.
Пройдя мимо перевозного магазинчика с хот — догами, Александр вспомнил, что не ел уже сутки.
— Мне один с горчицей, побольше огурчиков и без кетчупа, — попросил Алекс, протягивая мексиканцу — продавцу мелочь.
Прямо на глазах юноши из чана с кипящей водой выудили сосику.
— Простите, — крикнул в спину истинный Петербуржец и стушевался под недоуменными взглядами. — Я хотел сказать — смотри куда прешь! — тут же исправился Дум.
В руках, кроме хот — дога, остался лишь маленький клочок дешевой бумаги.
— Пусть мне повезет, — взмолился Алекс, вчитываясь в объявление.
«Если вам нужна квартира, вы не очень богаты и располагаете всего семью сотнями долларов, вас зовут Александр Думский и вам нравится клубничный санди, тогда вам подойдет адрес 47я стрит, дом 17–B».
Со смачным чавканьем хот — дог впечатался в асфальт, а Дум старательно протер глаза. Когда он читал объявление второй раз, то увидел только:
«47я стрит, дом 17–B, сдается второй этаж при условии работы не меньше трех часов в установленные дни.
— Либо я самый везучий человек в галактике, либо поеду в лапы к торговцам людьми.
Алекс с тоской поглядел на погибший обед и отправился к метро. Сложно поверить, что целый этаж в доме всего в нескольких минутах от Бродвея может сдаваться по такой низкой «цене», но Дум так или иначе хотел побывать на одном из самых известных проспектов мира.