Такая жалость… Увы, как это ни печально звучит, в этом мире вы сирота, леди. И значит, должны быть разумной и ооочень послушной!
Мужчина захохотал, довольный своей шуткой, а Ника невольно сглотнула и прикрыла рот ладонью. Зловеще это звучало и цинично.
— Но! Вот мы и добрались до самого главного, — он вскинул вверх указательный палец. — Остался брат вашего деда, собственно, он и искал тогда вашу бабку, и был весьма недоволен тем, что она исчезла. Это лорд Маграс. Сейчас он единственный ваш родственник и опекун.
Какой-то грязный намек крылся в словах Хряка. Завуалированная двусмысленность. Ее так и подмывало спросить, а не этот ли Маграс убил ее деда? Но надо было дослушать, и Ника промолчала.
— К нему, милая леди, вы и отправитесь. И будете делать все, что он вам прикажет.
Повисла пауза. Похоже, он все сказал, и теперь разглядывал ее, пытаясь понять, какое его речь произвела на нее впечатление.
— Что нужно от меня этому… лорду Маграсу?
— Это вы узнаете от него, леди, — сально ухмыльнулся Хряк.
Ужас нахлынул, Ника невольно оглянулась на дверь.
— Это какая-то ошибка! Я не могу…
— Можете. Вы дали слово.
Он склонился к ней так низко, что дыхание коснулось ее губ, заставляя вздрагивать от страха и омерзения. А тот и не подумал отстраниться.
— И не вздумайте бежать или выкинуть еще какой-нибудь фокус. Только от вашего разумного поведения зависит жизнь вашей подруги. И ваших родителей, — добавил, уже выпрямляясь.
Она была раздавлена. Какая-то адская несправедливость. Слезы навернулись, но какой смысл плакать, кого она тут разжалобит слезами?
— Вы отвезете меня к нему? — спросила Ника.
— Да.
— Сейчас?
— Нет, конечно. Мы никуда не тронемся, на ночь глядя. К лорду Маграсу вы отправитесь завтра. А сейчас вам принесут одежду и еду.
Видя, что она молчит, Хряк проговорил уже другим, обыденным тоном:
— Чувствуйте себя как дома.
И вышел из помещения, оставив ее одну.
глава 7
Почти сразу после того как убрался оттуда Хряк, в комнату вошли две девушки. Одна держала на согнутом локте платье, Ника особо не разглядывала, но одно ясно, что темно-синее и в пол. А у другой в руках был поднос, она поставила его на стол и тут же вышла.
Другая, у которой было платье, прошла вглубь и толкнула дверь, которую Ника заметила еще раньше. И застыла там, у открытой двери. Все это молча.