Немые они, что ли, пронеслось у Ники в голове. А девушка так и продолжала стоять, держа наготове платье. Надо полагать, от нее все равно не отстанут, пока она не переоденется.
Ника потерла лоб рукой.
Вот это теперь будет ее жизнь?"
"Молча встала и пошла переодеваться. Был порыв отказаться от помощи и прогнать служанку, но Ника не стала этого делать. Зачем? Ей все равно не справиться в одиночку со шнуровкой на спине. К тому же, это давало время спокойно осмыслить свое новое положение.
Она уже поняла, что ее не убьют, но будут держать в заточении.
Вот об этом и стоило подумать.
Трезво оценить положение. И прежде всего факты.
Она согласилась сотрудничать.
Ника задавала себе вопрос, а был ли у нее вообще, шанс отказаться? Сразу вспомнился мешок на голове и тот вонючий амбал, который тащил ее на плече и лапал своей ручищей.
Плюнуть на все и попытаться сбежать?
Была и такая мысль. Но ей некуда пойти, у нее нет денег и у нее слишком заметная внешность. Она быстро отмела эту мысль.
Служанка закончила с платьем и вышла, а Ника подошла к зеркалу, стоявшему в углу у стены. Большое ростовое зеркало, но явно видавшее лучшие времена.
Из зеркала на нее смотрела незнакомая высокая девушка в длинном закрытом темно-синем платье. Длинные серебристые волосы рассыпались по плечам. Красиво. Она. И не она. Какая-то другая, далекая, недоступная.
Итак, вернемся к нашим баранам.
Они называют ее леди, и имеют на нее некие планы, потому что она чем-то ценна. А от нее ожидают покорности.
Покорности… Не нравилось это слово Нике. Категорически не нравилось, была какая-то внутренняя уверенность, что все должно быть не так. Совсем иначе должно быть.
А как? Чтобы понять это, надо было иметь хоть какие-то знания об этом мире. Но у нее их нет. Значит, пока что следует затаиться, наблюдать, запоминать.
Сейчас, когда она немного успокоилась и прошел страх, злость вскипала в душе и поднимался протест. Однако и это Ника смирила в себе.