– Зачем ты туда опилки высыпал? Ты же конченый урод – по ним кристаллизация и пошла! Как затравки сыграли!
– Лом, да ты че, я же просто перепутал! По цвету они одинаковые!
– Ты тупое чмо! Для тебя что задница, что лицо – все одинаковое!
– Лом, да я же не нарочно!
– Да чего ты оправдываешься, дятел, если бы я не заметил, что за дрянь ты учудил, нас бы вместе с сараем разнесло!
– Лом, да хватит!
Добрыня, подбежав к химику, ухватил его за плечи, оттащил:
– Хватит кулаками махать. Что у вас тут случилось?
Кислый, утирая кровавые сопли, истерично проржал:
– Дяденька Добрыня, у нас тут сарай немного сгорел.
– Ну это я уже заметил. Химики… Хорошо, что живые остались. Там ничего ценного не было?
– Шалы мешок, – мрачно буркнул Лом.
– Чего?!
– Ничего. Этот урод банки перепутал. Там боеголовка для торпеды осталась, хорошо, что не успел взрыватель вкрутить или не сдетонировала – в поселке бы крыши посрывало. Селитры пара мешков там же… вон как пламя ревет…
В огне что-то протрещало пулеметной очередью.
– Новый сарай поставим тебе подальше от стен. Неровен час, взорвешь поселок… опять что-то перепутаете.
– Я-то не перепутаю. А вот за других не ручаюсь.
Добрыня зычно проорал:
– Народ! Бросай тушить это дело! Пусть само сгорит, все равно нечего уже спасать.
– Кислый, я тебе эти опилки никогда не забуду! Вся посуда накрылась, все реактивы. Считай, заново все делать!
– Да я же не хотел!
– Лом, да хватит его гноить! Ты скажи, что там по торпедам – успеете подготовить?
– Вряд ли.
– Эх… это плохая новость… похуже сарая… Ладно, пошли в поселок, все же поспать надо.
* * *Впервые за целый год Добрыня смог собрать всех островитян в одном месте. В рыбацком поселке не осталось никого, оба лагеря охотников также опустели. Никто не бродил по лесам в поисках грибов-ягод или высматривая пчелиное дупло.
Многое изменилось за этот год – если раньше на такой сбор выходило сотни полторы-две островитян, то сейчас народу набралось под полторы тысячи. Да и не островитяне они уже – давно уж живут на «материке». Добрыне и самому эта толпа казалось на удивление огромной. Неудивительно, ведь в самом поселке сейчас жило не более трети населения.