Пьяный язык тайны не хранит – вот и сейчас северяне больше помалкивают и вопросы задают, слушая, что рассказывают южане. Надо бы лишнего не сболтнуть.
Монах, повернувшись к Олегу, задал очередной вопрос:"
"– Ваш флагман, как я понял, получил серьезные повреждения в этом бою?
– Нет. Ни царапины.
– Но я так понял, что ему понадобился ремонт?
– Так это еще после первого боя – ему тогда по борту ядро из баллисты врезало. Не пробило, но пара досок треснула. Мы кое-как укрепили их, однако сегодня, когда таранили их понтоны, опять доски разошлись.
– Понятно. И много времени этот ремонт займет?
– Надеюсь, к завтрашнему вечеру закончим. И еще, у нас свинца не хватает – тот, что от вас пришел, весь в дело пустили. Если у вас есть запас, мы бы его за день на картечь и пули переплавили. Как война эта закончится, сочтемся.
– Свинец вам дадут, – пообещал Монах.
– Везет вам. У нас ни свинца, ни меди вообще нет.
– Зато у вас железо хорошее, это дело получше меди.
– Так железо не дефицит. А вот медь и свинец – редкость.
Монах с интересом покосился на Олега:
– Откуда вы это знаете? Мы тут уже целый год руду копаем, нашли ее по следам старых рудников, а про цинк никто и не знал.
– Я вообще-то на Земле геологом был. Еще не все забыл. Железо наше именно я нашел, и не только железо.
– Да вы у нас многогранный человек. Ну-ка посидите, я сейчас вернусь.
Монах вышел из избы, но не прошло и пяти минут, как вернулся.
– Что, по-вашему, это такое?
Олег, взяв один слиток, подкинул его на ладони, оценивая вес, поскреб ребро зубцом вилки, неуверенно произнес:
– Похоже на серебро или его сплав.
– Да, верно, это серебро. Мы нашли эти слитки под одной из древних плит, когда забирали ее на строительство крепости. Судя по всему, это древний клад, и сделаны эти слитки где-то здесь.