Я и в геологии, честно сказать, мало что понимаю. Просто фрагментарные познания минералогии, как у любого химика. В принципе руду свинца и меди ни с чем не перепутаешь и без всяких познаний – эти минералы своим видом выдают себя. Кстати, в той россыпи, бывало, и самородки меди находили.
– А серебро не попадалось самородное?"
"– К сожалению, нет. Но один рабочий однажды отмыл древнюю серебряную монету. И еще один раз золотое изделие было. Мы так и не поняли, что это, – на пряжку похоже.
В карьере работало полтора десятка рудокопов.
Присев перед забоем, Олег прикинул содержание рудных минералов. Игорь Николаевич не обманул – действительно один свинец. Редко где радужно поблескивают минералы меди.
– А вы никогда из выплавленного свинца не пробовали выделить серебро?
– Я не думал над этим.
– Вы химик, вам и карты в руки. Я, честно говоря, не представляю, как это сделать. И еще: эта жила маломощная и круто уходит вниз. Скоро вы не сможете разрабатывать ее карьером. Я бы вам рекомендовал вон там, за теми кустами, пробить пару канав. Думаю, эта жила там еще не выклинивается, и вы сможете продолжить карьер в ту сторону. Тем более я вижу там затянувшиеся старые раскопки.
– Здесь повсюду следы старой добычи. Мы тут столько всего находили, что уже впору музей открывать. Человеческие кости, бронзовые и даже каменные инструменты, посуда. Даже клады попадались.
– Я знаю. Монах мне показывал один из них.
– Наверное, слитки серебра? Я тоже их видел. Ума не приложу, где здесь они могли серебро добывать. В округе километра на три все перекопано – сплошные шахты и карьеры.
– Возможно, и нет серебряных жил, а все при выплавке свинца получали.
– Этих мест несколько здесь. Хотя вряд ли я знаю все. Пойдемте дальше, я покажу. Но не забывайте про осторожность: земля здесь как сыр швейцарский – дырка на дырке.
Старик, запыхавшись, поднялся выше карьера, прямиком протопал к трехглавому кургану, указал на него:
– Вот здесь самая большая куча шлака в округе. Сдирайте дерн и сами взгляните.