Изорвана была не только одежда — тела бедолаг были перекручены и местами сильно деформированы: кожа висела лоскутами, а на открытых участках виднелись язвы, вздутия и гниющая плоть. Последнее было совсем уж неслыханным делом в мире адептов — разумный тут мог, конечно, скоропостижно скончаться, чему землянин не раз был свидетелем, но от болезней был, слава богу, избавлен… в отличие от примчавшихся к ним охранников.
Больше всего выделялся крупный мужик в шлеме. По какой-то причине его голова деформировалась довольно причудливым образом и вдобавок почернела, хотя ошметки кожи на других частях тела имели розоватый оттенок.
Враги пугали не столько обещанием тяжелого боя, сколько жутковатым видом. Чем-то они напоминали зомби или странных мутантов.
— Тут есть кто-нибудь из ваших? — на всякий случай уточнил Алекс.
— Нет! Это все чужаки, — с запозданием отозвался Лонк, напряженное лицо которого одновременно выдавало и ярость, и чувство облегчения.
У землянина не было времени гадать, откуда светловолосый узнал о возможностях противника, поскольку враги перли прямо на них, но он доверился чутью главы братства и просто перетащил всю группу вбок. Как оказалось, Лонк оказался прав — пятерка шаркающих охранников не обратила на маневр ни малейшего внимания, а вместо этого доковыляла странной трусцой до центра зала, где только что находилась компания диверсантов и замерла.
Не успел Алекс задаться вопросом, чего это противник сначала бежал сюда, а теперь застыл столбом, как дерево-страж напомнило о себе. Из образовавшихся наростов начали выползать огромные отростки толщиной в руку. И если цвет самих стволов был зеленовато-коричневым, то отростки напоминали белых червей. В секунду черви обхватили пятерку охранников и начали быстро подниматься.
Скрежет почти прекратился, поэтому подъем сопровождался лишь тихим шелестом белесых щупалец.