— Хотя моя прекрасно знает и всё равно каждый раз принимает отца назад после ухода к молоденькой шлюшке.
Илона округлила глаза. И это свою семью она считала странной?
— Всё настолько запущенно?
Наташа тяжело вздохнула:
— Не представляешь, как сильно. — Она подняла взгляд в небо, бескрайние просторы которого символизировали свободу. — Я мечтаю вырваться из этого крольчатника!
— И как зовут твоих кроликов?
— Пусик, Надежда, а самый главный из них — Гамлет — мой отец, вольный художник.
— Почему вольный?
— Ему рисуется только на свободе.
— Но он хоть содержит вас? Помогает в финансовом плане?
Иванова пыталась выяснить, в чём крылась причина странного вида учительницы. Чем была для неё одежда: выражением состояния души, вызовом окружающему миру или элементарной нехваткой финансов? О полном отсутствии вкуса у привлекательной биологички говорить не приходилось.
— Что ты! — Наталья рассмеялась. — Для того чтобы писать, как говорит Гамлет, нужны вдохновение и большие затраты.
— Но потом он продаёт картины и получает деньги? — Продолжала допытываться Илона.
Я имею в виду, подпитавшись новыми эмоциями.
— Да, но вдохновение не продаётся: оно должно прийти само. Порой на это уходит много времени. И краски должны хорошенько высохнуть
— Как долго?
— Годы, десятки лет, а лучше столетия.
Теперь пришла очередь Илоны смеяться.
— Всё понятно. Значит, денег от него вы с мамой не видите?
— Нет! — Наталья пожала плечами, совершенно искренне не понимая, почему Гамлет обязан её содержать. — Я взрослая девочка, мама — тем более. За что он нам должен платить?
— Ох уж эти тунеядцы от искусства. И на что вы живёте?
— На мою зарплату.
Иванова попыталась представить, на что бы ей хватило оклада учительницы. На одно платье или пару обуви? И то с трудом. Она удивилась:
— Но это же мизер!
— Я подрабатываю репетиторством: готовлю учеников к ЕГЭ. — Не желала сдаваться биологичка. — Нам хватает, вернее, Наде с Пусей. То, что удаётся сэкономить, откладываю на мечту.
Байкерша округлила и без того огромные глаза: новая зазноба брата не переставала её удивлять.
— Какую? Впервые слышу про покупку фантазии.