Пламенный свет ринулся в лицо, залил огнем всю поляну.
Варяг за спиной Ружаны отшатнулся, увлекая ее за собой, и повалил наземь. Сжавшись, она прильнула к земле, ожидая, что вот сейчас жгучее пламя, залившее мир, охватит и ее. Это конец!
Но где-то в дальнем уголке охваченной ужасом души жило странное удовлетворение от того, что смертный миг она встречает в объятиях варяга. Словно боги послали его, чужака, чтобы унести ее из этой унылой жизни… Не худший конец, мельком успела подумать Ружана. Красивый…
⁂Мгновения шли.
Осторожно она приоткрыла глаза. Перед лицом ее была зеленая земля и голенастый стебелек «гусиной травки» с крошечным розовым цветочком. Чья-то сильная рука обнимала ее сзади и прижимала к теплому, крупному телу.
Наконец явилось понимание: ничего она не умерла. Перуново пламя ее не сожгло, она просто лежит на земле, на той же поляне, где видела огненный шар.
Ружана осторожно пошевелилась. Варяг у нее за спиной пошевелился тоже. Тогда она решилась приподняться и беглым взглядом окинуть поляну. Огненного шара не было, ничего не сгорело. А думалось, что в том краю, где он сгинул, должен быть обугленный провал в Подземье… Но нет. Все как раньше – стволы, кусты…
– Мне поблазнилось? – хриплым голосом спросила Ружана. – Я видела шар из пламени палючего.
– Не поблазнилось, – ответил ей из-за спины знакомый низкий голос, тоже немного хриплый.
Ружана обернулась. Варяг лежал на траве у нее за спиной, опираясь на локоть. Потрясение постепенно отходило, но страх перед тем, что могло с ней случиться, только усилился. Показалось невиданной удачей, что варяг оказался здесь. Будь она одна, беззащитная – огненный змей уж верно на нее бы кинулся! А при мужчине они к женщинам не приближаются.
– Это что… Перун послал? – спросила она робко.
– Ну а кто же? – Варяг улыбнулся. – Ты ж при народе над ним насмеялась. Он и показал, что может… кое-что поболее.
– Прости, боже! – Ружана возвела глаза к густо-серому, волнующемуся небу. Облака быстро волочило, ветер ощущался даже здесь, под деревьями. – Глупая я баба. Сама не знала, зачем сболтнула, чего хотела.
– Он не гневается, – уверенно сказал Свен. – Всякий рад свою силу показать. И Перун тоже.