Она понимала, что все делает не так, что слишком орет, и вот шагнула за поддержкой и смущенно запнулась.
– Благодарю вас, – без всякого выражения проговорил Кроу.
Фредерика как-то сошла в зал. Александр откинул волосы и промокнул лоб очень белым платком.
Настала пауза, трое мужчин выходили, возвращались, сравнивали заметки. Потом Кроу объявил, что теперь десять девочек просят прочесть стихотворение. Он огласил имена – без сомнения, предпоследний Список. Фредерики в нем не было. Она попросту не поверила.
Фредерика встала и отправилась домой. В Пантеоне ее поймал за локоть Кроу:
– Куда это ты собралась?
– Домой.
– Почему?
– Не вижу смысла оставаться.
– Не видишь?
– У вас тут явно, – Фредерику переполнял яд, – конкурс красоты.
На нее сошло внезапное утешительное видение зачаточных купальничков, острых каблуков, широких шелковых лент, перекинутых через угрожающе торчащие груди.
– Спектакль – это зрелище, – изрек Кроу.
– Я уже поняла.
– И мы сейчас в основном набираем нимф и граций. Это свита. Маскарад перед явлением королевы. Я тебя в этом качестве не вижу.
– Я тоже. – И, помолчав: – Но почему вы не сказали, что вам это нужно?
– Не только. Еще служанки. Вообще толпа.
– Понятно. Ну а теперь я пойду домой.
Фредерика попыталась его обойти. Они стояли меж Бальдром Прекрасным и Афиной Палладой.