Степка потянулся к нему, и Вика, наклонившись над столом, передала его в руки Егору. Степка крепко обнял Егора за шею, прижался головой к его плечу и зажмурил глаза.
– Значит, ты нашелся, – прошептал он, – ты где-то пропал без вестей, а теперь нашелся!
– Да! – прохрипел Егор, поглаживая ребенка по голове.
Господи! Чего только он сейчас не перечувствовал!
Нет, все-таки он придушит Вику! Свершит такое благое дело!
– Умеете вы с детьми «правильно» общаться, – упрекнула Дениса Вика.
– Зато вы своей тонкой организацией все запутали! – почти весело парировал тот.
Егор посмотрел ей в глаза, поверх Степкиной головы, готовый обвинять, упрекать, высказать непонятное и злое, что кипело у него внутри, и вдруг понял со всей отчетливой ясностью, что не прав, что на самом деле обстоятельства не так просты и однозначны, как он себе представлял. Не стала писать, пропала, тоже, кстати, без вести, и все! Было в ее взгляде нечто, и такое же обвинение, и боль, и обида.
Почему? Подожди, подожди, Князев, а что ты о ней знаешь?
А собственно, действительно, что он знает?
Как она жила эти годы? Уж точно не уходила от него к другому мужчине – вряд ли беременные барышни проводят время в веселых романтических свиданиях.
Между прочим, беременная его ребенком!
Так почему, какого черта она не писала, не сообщила ничего? Куда вообще делась из его жизни?
Что-то сверкнуло у нее в глазах, может, слеза, а может, злость и решительность.
– Очень хорошо! – твердо заявила Виктория Шалая.
– Да! – посмеиваясь, взял под козырек Денис.
– Предупреждаю: отодвинуть меня в сторону не получится, и никаких обсуждений только с Егором! Как я понимаю, вы собираетесь завтра побеседовать с Вениамином Андреевичем?
– Почему вы так решили? – спросил Денис.
– Потому что я бы начала именно с этого, – пояснила она.
– Вы правы, собираюсь.
– Вот и славно! Я буду присутствовать при разговоре!
– Это зачем? – спросил Денис.
– Потому что пока я вам не очень доверяю. Я вижу, что вы для себя до конца не решили, верить мне или нет. Хочу, знаете ли, слышать ответы из первых уст!
– Ладно, – согласился Денис, – так даже лучше, очная, так сказать, ставка.
– Вот и договорились! – Она повернулась к Егору: – После ужина Степе надо умыться, почистить зубы, переодеться в пижаму и спать.
И раздав «всем сестрам по серьгам», она поцеловала сына в щечку.