Кровь не останавливалась, и я ощущала неприятную, удушающую слабость. Я выпачкала джинсы, куртку и даже сидение старенького «Рено».
В машине почти не осталось бензина."
"Бензин вывезли из резервации еще утром, как и всю технику, но потрепанный темно-зеленый «Рено», каким-то образом лишившийся левой фары, оказался никому неинтересен. К счастью, он был на ходу.
Когда Тай молча открыл окно, глотая холодный воздух, моя уверенность в его стойкости дала солидную трещину. Его длинная челка упала ему на глаза. Он безотрывно следил за участком асфальта, лишь на секунду попадающим под свет фар и исчезающим под колесами, но все его жадное внимание, его лютый голод и желание принадлежали исключительно мне.
Он неожиданно съехал на обочину и вышел из машины.
Я слышала, как он роется в багажнике, а затем распахивает дверь с моей стороны. В его руке зажата аптечка.
Взгляд сдирает с меня кожу.
– Не могла придумать что-то поумнее, Эля?
– Разве не сработало? – невесело улыбнулась я. – Ты пришел, чтобы меня спасти.
– Чтобы спасти? – он ждет, когда я добровольно сниму куртку и закатаю пропитанный кровью рукав толстовки.
– А разве нет?
– Нет.
Я дрожу от холода и страха, когда Тайгет безмолвно разматывает бинт.
– Ты умеешь оказывать первую помощь? – невероятно, где он этому научился.
– Я знаю, как функционирует твое тело. Остальное несложно.
– Тебе хочется…
Он вскидывает взгляд, отрываясь от разглядывания пореза на моем предплечье.
– Облизать тебя? – его усмешка делает свое дело, в моем животе порхают бабочки.
Мое сердце начинает выбивать дробь, когда он берет меня за запястье, приподнимает мою руку, и прикасается языком к моим пальцам. Я втягиваю воздух сквозь стиснутые зубы, и из моего рта вырывается испуганный, но удовлетворенный стон. Это неправильно… О, Всевышний! Тай втягивает в рот мой указательный палец, не спуская с меня порочных янтарных глаз. Он облизывает каждый дюйм моей кожи, а я даже не дышу. Сглатываю и закрываю глаза, сосредоточившись на его прикосновениях, на том, как его влажный язык лижет, а губы посасывают мои пальцы.
Тай наклоняется ко мне, и я жадно ловлю его губы. Ох, я могу не дышать, не есть и не спать, но отказаться от его поцелуев нереально.
– Ты теряешь слишком много крови, дурочка, – он берет меня за подбородок и смотрит мне в глаза.
Конечно, он сокрушается, что вся эта кровь пролилась впустую. И, наверное, хочет продолжить применять ее по назначению.