Понять не могу, что со мной стало, и когда я обрела мужество, чтобы смотреть в глаза подполковника Сурова с вызовом и бесстрашием?
– Я хочу увидеть Шилова, – произнесла, чеканя каждое слово. – Если хотите расставить точки над «и», людям следует просто поговорить с Таем и выяснить все у него. Сделаете это, товарищ-подполковник, или будете прятаться за мою юбку?
Еще ни разу Суров не выглядел столь уязвленным.
– Я никогда не прикрывался тобой, – прорычал он сквозь зубы. – И я уже имел честь перекинуться парой фраз с твоим дружком!
Свидетельство этого разговора – пара кило титановых болтов в его руке.
– Если нам нужны настоящие переговоры, то участниками должны быть главы государств и политические лидеры…
– Евросоюз, ООН и НАТО… – беспечно закончил Суров. – Твой дружок планирует баллотироваться в президенты? – и язвительно усмехнулся: – Не проси меня за него голосовать."
"– Вы… – запыхтела я, – пытаетесь обойтись малой кровью. Не получится!
– Так задевает, да? – его губы тронула усмешка.
– Он…
– Что «он»? – нахмурился Суров: – Почему ты так в него влюбилась? Только потому, что он был у тебя первым?
Я растерянно схватилась за стойку, к которой была приделана капельница.
– Это не ваше дело!
– И все же, Эля. Что в нем такого особенного? Смазливая рожа?
– Нет.
– А что?
– Он… – и порываясь сказать что-то грубое, я вдруг поняла, что не могу объяснить, почему так сильно полюбила Тайгета Касара. – Он особенный!
– Конечно, раз уж не прикончил тебя сразу.
Боже…
– Вы можете избавить меня от своей ревности?
– Она идет в комплекте, – парировал мужчина. – Почему я должен сдаваться без боя? – и нагловато усмехнулся: – Кроме того, ты еще не видела мой член.
Он поднялся, и, перекинув куртку через здоровое плечо, пошел к выходу.
***
– Что это? – мириться с дресс-кодом в условиях мирового апокалипсиса – чушь!
Севастьянов сел на край моей постели, предварительно повесив на ручку шкафа вешалку с брючным костюмом.
– Мне кажется именно так одеваются на встречу с первыми лицами.
Встрепенувшись, я села на кровати, ощущая, как со дна моей души поднимается паника.
– Что?
– Это ведь вы устроили, Эля? – произнес он. – Шилов сегодня несколько часов об этом договаривался. Константин заверил, что вы сможете уговорить на это чужака.