Мне нет оправдания, но я всё же надеюсь на ваше прощение! Тогда мне казалось, что у меня были основания для подобного поведения, теперь же я понимаю, насколько была неправа.
– Основания? – наконец, возмутилась я. – И что же было таковым основанием? Мое, как вы тогда думали, низкое происхождение?
Ее щеки покраснели еще больше, а губы задрожали.
– Нет, ваше высочество, вовсе нет!
Я посмотрела на нее внимательнее. Ей удалось меня заинтриговать.
– Право же, теперь не стоит об этом говорить, – пролепетала она, совсем смутившись.
– К чему эти недомолвки, ваше сиятельство? – удивилась я. – Коль уж вы начали об этом говорить, то продолжайте!
Она не посмела ослушаться, но голос ее зазвучал еще тише:
– Вы, должно быть, уже не помните, ваше высочество, но тогда его светлость Артур Аранакский расторг помолвку со мной, и я была оскорблена и подавлена. Он заявил, что не может жениться на мне, потому что его сердце давно отдано другой, и я подумала…
Она замолчала, а мое сердце запрыгало в груди испуганной птицей.
– И что же вы подумали, ваше сиятельство? – я боялась, что мой голос задрожит, но вопрос прозвучал на удивление ровно.
– Ох, мне даже стыдно об этом говорить, ваше высочество! Боюсь, сейчас это может прозвучать для вас как оскорбление. Но тогда я подумала, что, возможно, он говорил о вас!
Наверно, я покраснела, потому что Лорена испугалась еще больше.
– Простите, ваше высочество, я обидела вас таким подозрением! Сейчас я, разумеется, так не думаю.
Она не договорила, но это и не требовалось. Она думала, Артур знал, кто я такая, уже в Аранаке! Но ведь это было не так!"
"– Ах, ваше высочество, я сделала только хуже!
Нет, она не сделала хуже. Напротив, я впервые услышала от нее что-то хорошее. И хотя я не была уверена, что Артур говорил тогда именно обо мне, одна надежда на это уже согревала меня.
37. Будни принцессы
В этот день я отправилась к источнику вместе с матушкой. Я еще не привыкла к тому, что она рядом, и радовалась каждому мгновению, проведенному в ее обществе.
Она держала меня за руку, и я чувствовала себя счастливой.
– Тебе нравится во дворце, дитя мое?
– О, да! – горячо заверила я. – Здесь очень красиво, и все придворные так заботятся обо мне.