— Да, ничего такого… просто… показалось странным! Так он ее облизывал. ""Диночка… Диночка…""
— А с чего ты взяла, что это была моя жена?
— А я в телефон потом заглянули. Он его на стойке оставил. Дина Арсенина.
— Ладно. Иди…
""Диночка""… — зависает в моих мозгах. Не могу никак это синтерпретировать пока и просто подвешиваю, как факт.
Спускаюсь, наблюдая, как Жанна о чем-то говорит с Костей, провожая меня взглядом.
Прощаюсь с Миго, протягиваю по дороге руку Косте.
— Не добросите? — догоняет меня Жанна.
Реально легче отодрать, чем отлепить! — закатываю я глаза.
— Я тебе на такси дал, — стреляю взглядом ей в декольте, откуда торчит моя сотка.
Сажусь в тачку.
«Чикаго»…
Глава 28 Ломать (POV Егор)
Захожу с черного входа.
— Привет, Михалыч.
— Арс, — тянет он руку. — Трезвый, надеюсь.
— Практически.
Угощаю его сигаретой, выходим на крыльцо.
— К Дине? Не ходи… Хозяин сказал, будешь бурагозить, он ее уволит.
— Да? Я не буду.
— Будешь…
— Почему это?
— Не одна она. С другом твоим. Помнишь, в тот вечер с тобой был.
— А я знаю, Михалыч. Обещаю разборок не устраивать.
Выкидываю сигарету. Стягиваю со стола канапешку.
— Арс! — рявкает он.
Не выносит, когда таскают из-под ножа.
— Есть хочу!
— Сядь, поешь, как человек.
— Неа… в зал сейчас выйду, весь аппетит отобьет.
Стягиваю еще одну канапешку.
— Маша, сделай ему бутерброд, — просит он одну из помощниц.
Девушка протягивает мне бутерброд с семгой.
— Спасибо! — жую я."
"— Арс, а что происходит у вас? — шинкует зелень Михалыч.
— Говорят, жизнь происходит.
— Не очень у тебя жизнь, да?
— Сам идиот, потому что. Пойду, я… — споласкиваю руки.
— Смотри мне…
— Я же обещал.
Выхожу в зал, останавливаясь у бара.
— «Романо» сделай мне, — кладу купюру. — С двойным лимоном.
Надо срочно выводить остатки моей сегодняшней «дегустации». Ничего лучше лимона и кофе для этого еще не придумали.
Надо быть в адеквате. Потому что на сцене Дина. Шикарно выглядящая Дина, с таким откровенным разрезом, что я вижу отсюда резинку ее чулок.
Мхм… Огненная ты моя… — сглатываю. — Для кого мы такие красивые сегодня?
От этого голоса хочется закрыть глаза и что-нибудь влажно-горячее натянуть на свой член. Потому что поет она знакомую, очень эротичную вещь, от которой всегда мне сносило башню.