"РАМ ЯНКА
""ПО ОСКОЛКАМ""
Глава 1 — Встреча друзей (POV Егор)
Вдали слышен гул заходящих на посадку самолетов. В панорамном окне взлетная полоса.
Кофе тут дрянь!
Оставляю чашку недопитой и иду к эскалатору.
Вижу Пашку сразу, он высокий и выделяется среди толпы азиатов.
Несколько лет не виделись.
— Уваров!!
— Арс!
Обнимаемся, хлопаю его по спине.
— Арс, ты в костюме! — угорает он. — Офигеть!
Хотя, сам он тоже в костюме. Отличном! Смазливый и вылизанный, как дипломат. Возмужал. Он у нас всегда был умницей.
А я бандитом и распи*дяем. На автомате трогаю шрам рассекающий бровь. Но девчонки, почему-то, всегда предпочитали меня. Та самая пресловутая тяга к плохишам.
И из-за своей оторванности, я вылетел с третьего курса, а он после аспирантуры поехал по приглашению работать в Гонконг.
Показательно поправляю пиджак за лацканы.
— Да, братишка, я теперь тоже серьезный дядька! — подмигиваю ему.
— Ты-то где так загорел?
— Да, я тоже только приехал. В Тае полгода жил.
— А как же ваш с Костей бизнес?
— Он пока занимается, — морщусь я.
— Справедливо.
— Не хочет. Ты же знаешь, какой он у нас дотошный. Боится, наверное, что я налажаю где-нибудь без него. Он уже отладил всё. А ты? Где ты? Как ты? Да что мы набегу? Поехали, посидим где-нибудь? Костику наберем…
— Где присядем? У вас? Костя писал, вы «кабак» открыли приличный!
— Нет, — если мы сядем в нашем баре, то неприятные ассоциации испортят все эмоции от встречи.
Давно там не был.
Нет, не то, чтобы в «Чикаго» обойдется без ассоциаций, но там они хотя бы приятные!
По дороге до «Чикаго» скидываю Косте координаты — где мы.
— Пашка, а ты какими судьбами-то? Мы уже думали, что ты в Россию ни ногой.
— А я, — улыбается он немного смущенно, — за женой приехал.
— Когда успел?!
— В том-то и дело — не успел.
— Правильно. Мне тоже азиатки не вставляют, — вздыхаю я.
Мне теперь никто не вставляет.
Садимся на диваны. Выбираю место спиной к сцене. Потому что в солнечное возвращается то самое чувство, от которого я бежал в Тай. Чувство болезненной свербящей дыры, провала, воронки. Да, а еще обиды, беспомощности и несправедливости всего происходящего со мной.