— Как насчёт… твоих благотворных процедур? — шепчет адмирал.
— Ммм… Я смотрю, моё лечение даёт положительные результаты… адмирал… вы так быстро восстанавливаетесь... — выдыхаю томным голосом и выгибаюсь в его руках, кусаю губы и чувствую себя нереально счастливой.
— Потому что моя женщина – настоящее чудо, — с восхищением, гордостью и нежностью произносит дракон и повторяет с чувством, смаком, словно пробует слова на вкус: — Моя. Женщина. Сладкая… Единственная… Желанная…
Он прижимается горячими губами к моему виску, скользит вниз.
— Ари, ты невозможная, невероятная. Моя.
У меня внутри всё щемит от его слов. Это не просто слова ради красоты. Я нутром чувствую, что он говорит от всей души. И его сокровенные слова, его признания проникают мне под кожу, в моё сердце.
Его прикосновения, ласки, поцелуи, сильные движения пьянят до сладкого безумия. Он согревает всю меня сладким наважденьем.
Он у меня под кожей, он внутри меня.
Его глаза горят северным серебром, наше общее дыхание шумное, громкое, хриплое. Воздух вокруг нас густой и плотный, прикасается к коже раскалённым полотном.
Мы создаём свою собственную вселенную и она рассыпается мириадами ярчайших звёзд...
⅏
— Мне нравятся твои восстанавливающие и исцеляющие процедуры… — хриплым и разомлевшим тоном произносит адмирал, когда утренняя страсть улеглась, и мы можем немного соображать. — И всё для меня одного.
Я негромко смеюсь и лениво произношу:"
"— Знаешь, мне эти процедуры тоже очень нравятся… И скажу тебе по правде, как бы банально это не звучало, но ещё никогда я не чувствовала себя такой… удовлетворённой и счастливой. Я вообще думала, что отношусь к тому типу женщин, которые не могут получить удовольствие от секса. Но нет… как оказалось, я — нормальная.
Рикард смотрит в мои глаза. Его взгляд отчего-то напряжён, губы поджаты, и он довольно властно говорит:
— Забудь о тех, кто был до меня.
Мои брови ползут вверх, но я не собираюсь начинать отношения со скандалов и выяснений отношений. Приставляю ладонь козырьком к виску и отдаю честь адмиралу со словами:
— Так точно!
Он хмыкает, но расслабляется. Ловит мою ладонь, которой честь отдавала и целует запястье.
Кнут и пряник?
Сдаётся мне, мой адмирал очень хороший манипулятор. Но и я не промах.