Любуясь этим фортификационным чудом, он не сразу заметил виселицы, стоящие метрах в двадцати от дороги. Два из пяти простых и эффективных орудий скорого правосудия были заняты. Трупы, судя по слабому еще сладковато-кислому аромату без характерных ноток удушливости, болтались свежие, не больше пары суток, хотя от лиц уже почти ничего не осталось. Вездесущие вороны пировали и здесь. На повешенных было только нижнее белье, так что установить их принадлежность к определенному клану на глаз не представлялось возможным.
– Рейдеры? – спросил Стас, кивнув в сторону виселиц.
– Ага, почти, – ответил бас за спиной и с усмешкой добавил: – Чуток похуже.
– Не понял.
– Если рядом с ними не повиснешь, то скоро поймешь.
Конвоиры и озадаченный Стас подошли к воротам. Пашка взялся за тяжелое металлическое кольцо, привинченное к ним, и дважды постучал. В сплошном листе железа размером примерно три на три метра открылось узкое смотровое окошечко. На секунду в нем появились глаза, и окошечко снова захлопнулось. Через мгновение из-за стены послышался металлический скрежет, и ворота стали медленно отъезжать влево.
– Нам туда, – Пашка махнул рукой в сторону двухэтажного бревенчатого здания, стоящего в глубине форта.
Внутри Кутузовский выглядел не столь внушительно, как снаружи. У стен ютились одноэтажные деревянные бараки, обитые железом. На небольших верандах сушилось белье. Центральная часть этой маленькой крепости была хаотично застроена избами разной величины, одни были полностью деревянными, другие – с пристройками из грубого черно-красного кирпича. Повсюду бегали куры, ковырялись в земле, расшвыривая ее своими узловатыми лапами и поднимая клубы пыли.
"Двухэтажных зданий было всего два. На одном красовалась вывеска «Трактир», а на втором, к которому вели Стаса, какой-то бездарный маляр кривыми буквами вывел белой краской по треснувшей доске «Комендатура».
Стас поднялся по скрипучим ступенькам на крыльцо.