Пыталась забыть, что осквернила брак изменой. Но сейчас поняла, что убегать от Кремлёва можно сколько угодно, а вот от себя не убежишь. И от воспоминаний…
Замолчала, и одним глотком допила остатки напитка.
– Я расскажу Андрюше чуть позже. Когда он станет старше. Но можете быть уверены, я всегда буду чтить память о Пашке, и всегда буду его любить.
Андрей опустил голову и коснулся волос Ани губами. Воспоминания о друге для него были так же дороги, как и для меня.
– А что насчет Ромы? – Аня в упор посмотрела на меня, и пришлось опустить взгляд.
– Я не останусь с ним. Когда он рядом, в моей жизни все время творятся жуткие вещи. А я устала рисковать. Хочу побыть одна. И пожить для сына.
Отмахнулась от тоски, сковавшей сердце, стоило мне подумать о будущем без любимого. Но так будет лучше. Правильней.
– Он любит тебя, – Андрей заговорил впервые с тех пор, как мы собрались здесь. – И у него могут быть другие планы относительно твоего будущего.
– Он не простит меня за то, что я собираюсь сделать.
Уверенность в голосе поразила даже меня, и как бы мне ни хотелось остаться с Ромой, я не могла бы смотреть ему в глаза после того, что собираюсь предпринять.
– Его отец замешан в похищении. И я собираюсь давать показания против него, и добиться, чтобы он получил по заслугам.
Отставила стакан на столик и посмотрела на ребят.
– Шесть лет назад он солгал мне, сказав, что Рома наркоман и, наплевав на наши отношения, гуляет налево и направо. И я никогда не прощу себе то, что поверила. И из-за этого потеряла нашего ребенка…
В гостиной повисла тишина.
– Как бы там ни было, я уверена, что без связей Кремлёва-старшего похищение бы не произошло…
– Тебе кто-то сказал? – Андрей с интересом смотрел мне в глаза, и я пожала плечами.
– Размышляла о словах, которые как-то произнес Рома. Он спросил, сколько стоит моя любовь. Вероятно, отец сказал ему, что заплатил мне, чтобы я оставила его в покое. Это пока мои домыслы, но не исключено, что они окажутся верными… – я смахнула несуществующую соринку с подлокотника и продолжила: – И если он в прошлый раз устроил так, что мы разбежались, значит, в его интересах не дать нам сойтись вновь, чтобы Рома не узнал о его обмане.
Скажи мне кто-нибудь об этой теории пару месяцев назад, я бы рассмеялась этому человеку в лицо. Но сейчас, спустя время, я понимала, насколько длинные руки у Кремлёва-старшего.