– Ну хоть что-то в этом мире неизменно, – пробормотал я, сложил одно с другим и усмехнулся, обращаясь к Марку: – Ты в курсе, что это господин Дрозд сдал нас в Лиране?
Тогда, много лет назад, конфликтовавший со мной Высший заявлял, будто не имеет никакого отношения к налету агентов армейской разведки, но я ему не поверил. Выходит, зря. Ведь если на то пошло, Валентин всегда хотел больше, чем мог получить. Сменить хозяев, купив билет в новую жизнь за счет товарищей, – очень на него похоже.
– Так что, Марк, ты знал? – повторил я свой вопрос.
Экзорцист в ответ лишь язвительно рассмеялся:
– Разумеется, знал! Я давно уже не питаю иллюзий относительно человеческой природы и принимаю жизнь такой, какая она есть!
– То, что раб принимает свое рабство, не делает его свободным человеком.
Валентин Дрозд покачал головой:
– Не стоит так, Себастьян. Мы партнеры.
– Равноценные партнеры! – добавил Марк.
– Ну да, ну да, – покивал я, лихорадочно обдумывая сложившуюся ситуацию.
– Перестань! – попросил Дрозд, и в голосе его явственно прозвучал металл.
– Как сюда попал? – перебил я его.
– Нет, – удивил меня Валентин. – Как ты вышел на это место и сколько твоих людей снаружи?
– Зришь в корень. – Я уперся лбом в холодный железный прут и вздохнул: – Предлагаю разойтись по-хорошему. Вы отдаете мне Берту и Леопольда, я отзываю своих людей. И никто сегодня больше не умрет.
– Глупец! – выкрикнул мне в лицо взбешенный этим предположением экзорцист и, прежде чем Валентин успел его одернуть, заявил: – Не нужен нам этот щенок! И никогда нужен не был! Ты все сделал сам!
– Подожди-ка! – Дрозд положил руку ему на плечо и очень спокойно произнес: – Себастьян, или ты добровольно ответишь на мой вопрос, или я велю вытащить тебя из клетки и запытать до смерти.
– Как делаются дела? – оскалился я. – Вы заявились в мой город, перекупили моих людей, разрушили мою жизнь и теперь говорите о том, как делаются дела?! Нет, так дела не делаются! И уж если я отправлюсь в Бездну, то и вас с собой утащу!
Валентин только плечами пожал.
– Это твой выбор, – заявил он.
А вот Марка мои слова зацепили, будто крючок ухватившую наживку рыбину.
– Разрушили твою жизнь? – прошипел он. – А ты мою не разрушил? Это всего лишь воздаяние за дела твои!
– Чушь собачья.
И дабы придать своим словам убедительности, я втянул в себя через разбитый нос воздух и сплюнул кровавый сгусток под ноги экзорцисту.
– Чушь?! – взъярился Марк.