Я достал скальпель и разрезал верёвку, стянувшую лодыжки трактирщика, потом пристально взглянул на него.
– Что ты болтал о работе на брата?
Глаза хозяина блеснули.
– Его надо залатать! Вынуть из бока болт и зашить рану!
Я сделал вид, будто раздумываю над этим предложением, затем спросил:
– Сколько платите?
– Этого разве недостаточно?! – вскинулся трактирщик.
– А риск? – фыркнул я. – Если нагрянет стража, меня вздёрнут вместе с остальными!
Мастер Хайнц задумался, потом не стал скупиться на обещания.
– Получишь ещё столько же!
– Интересно… – Я покивал головой, уселся рядом с хозяином и спросил: – Почему их ищет Святой сыск?
– Разве это важно?
– Святой сыск не ловит простых разбойников. Не хочу оказаться впутанным в какой-нибудь заговор!
– Никакого заговора! Это личное!
– Рассказывай! – потребовал я. – Почему их ищут?
Люди становятся куда более словоохотливыми, когда полагают, будто собеседник в состоянии решить их проблемы, вот и хозяин запираться не стал.
– Братец напал на людей герцога Карнстея, а тот в отместку натравил на них Святой сыск.
– Когда это было?
– Какая разница?
Я поднялся на ноги.
– Ну я пошёл…
– Стой! – взмолился мастер Хайнц. – Это было вчера!
Вчера? Именно в этот день не явился на встречу связной. А ещё – плащ и шляпа.
О-хо-хо…
– Так припёрло, что напали на людей герцога? – покрутил я головой. – Не думаю, что у вас найдутся деньги на оплату моих услуг…
– Им заплатили! – крикнул трактирщик.
– За убийство? – Вопрос смутил хозяина, и я решил сменить стратегию. – Бесова путаница! Или выкладывай всё с самого начала, или разбегаемся! Мне пора убираться отсюда!
И тут мастера Хайнца будто прорвало, он выложил всё как на духу. Не иначе сказались нервотрёпка, боль и страх. Впрочем, история от этого менее запутанной не сделалась ни на грош. Скорее уж – стала ещё больше напоминать самую настоящую шараду.
Банду подрядили не для убийства, разбойники должны были похитить дочь герцога, да только вместо неё в карете оказался управляющий имением.
– Кто заплатил за похищение? – спросил я под конец.
– А мне откуда знать? – вскинулся трактирщик.