– Чего уставился? Нам третий не нужен, вали отсюда!
– Кто ваш командир? – Густав перевел взгляд с расквашенной физиономии владельца особняка на беззвучно рыдавшую девицу и спрыгнул во двор.
– А тебе какое дело? – приметив насквозь промокшую одежду сотника, оскалился солдат. – Сказано: вали!
– Мечи на землю, руки за спину, лицом к стене. Быстро!
– Разбежался!
Чудак в мокром платье страха не вызывал. Как решил отпустивший косу девушки мародер, свалившийся на их головы зануда был просто пьян. Вот и меч он прицепил с правой стороны…
Отправляться на виселицу солдат не собирался, а потому выхватил из ножен короткий клинок и рванул к Густаву.
Густав молча высвободил из бездыханного тела лезвие меча и шагнул навстречу второму пехотинцу. Явно успевший приложиться к меху с вином мародер не сообразил, что пора уносить ноги, бросился на подмогу подельнику и разделил его участь.
– Благодарю! Благодарю вас, господин! – запричитал владелец особняка – тучный старик с расползшейся на всю макушку лысиной, которую он имел обыкновение прятать под куцей шапочкой. – Они забрали деньги и хотели надругаться над моей невесткой…
– Не могу их за это осуждать. – Густав хотел было вытереть клинок о плащ мародера, но передумал. Мельком глянул на нашитую на плотную ткань эмблему со сжимавшей сломанный меч рукой в латной рукавице и откинул с лица волосы.
– Нет… – в ужасе просипел начавший тихонько пятиться к крыльцу старик.
– Да, – усмехнулся темный сотник и взмахнул мечом. А уж потом начал вытирать клинок о плащ мародера. Заслышал сдавленные рыдания, поднял взгляд на девушку и поморщился: ее в том Кельме не было.
Подхватив с земли оба меха с вином, Густав отпер калитку и вышел на улицу. Напуганные пролитой кровью воспоминания вновь забились в самые темные уголки его души, и до площади перед замком сотник дошел, не отвлекаясь на всякую ерунду. Пару раз навстречу попадались отправленные следить за порядком конные разъезды, но о мертвых мародерах Густав Сирлин сообщать им не стал.
Он спешил. Боялся опоздать.